Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Я и Дез






Ной

 

Сэмюель остановился перед домом, и я, с портфелем в одной руке и букетом цветов для своей девушки в другой, вышел из машины. Заметив, что у нас гости, я понял, что это не Дез.

Рядом с домом был припаркован «вайпер» Дэвида Стоуна, и на короткий миг мысли мои перенеслись в тот день, когда я застал его трахающим мою будущую невесту в моей собственной ванне. В голове промелькнуло: «Только не она!»

Пальцы сжались на букете, но внутренний голос подсказывал, что Лейни не такая потаскуха, как Джули, и она никогда бы так не поступила со мной.

Но страх оставался. Может быть, я просто утратил бдительность?

Я с трудом переставлял ноги, преследуемый отчаянием. Оно накатывало на меня снова и снова — так граммофонная игла раз за разом скользит по дорожке старой щербатой пластинки. К ногам словно привязали по бетонному блоку, а меня бросили на каменистое дно мутной речки, лишив возможности всплыть и вдохнуть благодатный воздух. Сердце настойчиво утешало меня, но боль от предчувствия, что Лейни могла поддаться загадочным чарам Дэвида, оказалась сильнее веры в нее.

И что женщины в нем находили? Меня словно холодной водой окатило, когда из дома донесся рев «Ах ты сука!». Это был голос Дэвида, полный ярости и яда. Когда раздался следующий звук, букет вместе с портфелем полетел на землю, а волосы на затылке встали дыбом.

Крик Лейни был полон отчаянной мольбы. Я гигантскими прыжками преодолел ступеньки. Не тратя времени на раздумья, я вышиб плечом дверь — сумасшедшее желание помочь Лейни сделало меня нечувствительным к боли.

Мне открылась жуткая сцена. Этот кусок дерьма, по-видимому, швырнул мою девушку на пол. На щеке у нее уже начал проявляться огромный синяк, явно от удара тяжелой рукой. Слезы текли у нее по щекам, а глаза были зажмурены.

Он посмел держать мою девочку своими грязными лапами!

Сердце мое переполнилось несметным количеством разнообразных чувств, которые, казалось, жили своей собственной жизнью. Когда они обрели форму, зрение мое застлали разноцветные пятна. Они сделали меня беспомощным перед беспощадным диким зверем, который до сих пор спал внутри меня. Жуткая зелень смешалась с синевой страха. Темно-синий обернулся ядовито-оранжевым цветом отвращения, а потом мое зрение воспламенилось демоническим красным, который неуемная ярость раскалила добела. А потом все вдруг стало черным от жажды мести, которой жила каждая клеточка моего тела.

— Отвали от нее! — Я и сам не заметил, как схватил Дэвида за одежду и отбросил его в другой конец комнаты, прочь от моей девушки.

Лейни посмотрела на меня с надеждой. Все внутри закричало от желания утешить ее, ведь я знал, что именно это ей сейчас больше всего нужно. Но внутренняя сила, требовавшая, чтобы я заставил Дэвида расплатиться, и расплатиться немедленно, взяла верх.

Ярость охватила мое существо, и я потерял власть над собственным телом. Мы обменялись ударами, он прижал меня спиной к стене, а потом Лейни в два прыжка подскочила к нам и повисла на спине Дэвида. Когда он отбросил ее, точно надоедливого комара, я распрямился, как пружина. Хватит бороться, как два тощих пацана на школьном дворе. Я жаждал крови и


намеревался расшибить в кровь его морду и выбить дух из этого жалкого подобия человеческого существа.

И я почти сделал это. Я навис над ним, точно так же, как он нависал над моей девушкой, и начал метелить кулаками этот гнусный мешок дерьма. Я слышал, как от моих ударов трещат его кости, и звук этот показался мне самым лучшим звуком в мире. Инстинкт подсказал, что я добился своего. Дэвид лежал без движения на полу, едва дыша.

Я тряхнул рукой, чтобы унять острую боль в кисти, а потом повернулся к Лейни. Когда я увидел ее лицо, от переполнявшей меня злости не осталось и следа.

Я был нужен ей, и ничто не могло встать между нами.

— Ты как, киса? — Я присел рядом с ней и стал ощупывать, чтобы проверить, не ранена ли


она.


 

На ней лица не было, а потом слезы хлынули у нее из глаз — похоже, она только что


осознала, что произошло. Она схватилась за мою рубашку, упала лицом на мою грудь и зарыдала взахлеб. Я обнял ее и прижал к себе.

— Ш-ш, — стал успокаивать ее я. — Я знаю, киса. Все хорошо. Я рядом и не позволю никому тебя обидеть.

И сказано это было совершенно серьезно. Могу поклясться последним вздохом, я говорил искренне.

Так мы посидели еще какое-то время. Лейни плакала и держалась за меня так, будто я мог в любую секунду оставить ее, а я изо всех сил старался утешить ее. Я подвел ее. Обещал защитить и не защитил. Я должен был приехать раньше. Должен был почувствовать, что задумал Дэвид. Я знал, что он ненавидит меня, и догадывался, что он попытается соблазнить ее, но насиловать… Стало очевидно, что я на самом деле совершенно не знал человека, которого когда-то называл лучшим другом, и от этого мне стало еще противнее.

Я услышал за спиной шорох, повернулся и успел увидеть, как Дэвид поднялся и рванул к двери. Отпускать мерзавца живым я не собирался. Я оттолкнул Лейни и хотел броситься за ним, но она удержала меня.

— Нет! — вскрикнула она, отчаянно вцепившись в мою рубашку.

— Он уходит. — Я попытался оторвать от себя ее руки, но сделать это оказалось не так-то просто.

Лишь схватив меня за лицо, она сумела заставить меня посмотреть на себя. Черные размытые пятна туши на щеках, распухшие глаза широко распахнуты — она пыталась заставить меня увидеть то, что для нее было очевидным, но от меня ускользало.

— Он знает, Ной. Он знает все.

Я замер, насторожившись, как матерый зверь, заслышавший, как где-то в отдалении хрустнула ветка.

— Что… — У меня к горлу подступил комок, поэтому мне пришлось прокашляться. — Что он знает? О чем ты говоришь, Лейни?

— Все. Про аукцион, про контракт, сколько ты мне заплатил… Все! Сжав крепко зубы, я сделал глубокий вдох через нос.

— Плевать. Ему это с рук не сойдет. — Я достал из кармана телефон и набрал номер.

— Кому ты звонишь?

— В полицию.

Она энергично замотала головой и закрыла рукой телефон.

— Нет, Ной, пожалуйста. Ты все потеряешь.

— Для меня нет ничего важнее тебя. Ничего! — выпалил я, и она даже поежилась.

Я, конечно, не хотел выплескивать на нее свою озлобленность, но я был страшно


раздражен. Я схватил ее в охапку, прижал к себе и стал целовать в лоб.

— Извини, извини, извини, — твердил я, покачивая ее, как ребенка. Потом отклонился, взял в ладони ее лицо и заглянул в глаза. — Лейни, милая, он поднял на тебя руку…

Лейни оторвала от лица мои руки и положила их себе на колени.

— Я это знаю. Но он не успел сделать со мной ничего серьезного, потому что ты остановил его, Ной. Это ты его остановил!

Боже правый, она пыталась утешить меня!

— Он поднял свою гребаную руку на тебя, и я не могу… Я просто не могу.

Сердце мне словно тиски сжали, я опустил взгляд, не в силах смотреть на лицо женщины, которую подвел. Лейни провела пальцами по волосам у меня на висках и подняла мою голову за подбородок, чтобы я снова посмотрел на нее.

— Послушай меня, Ной Кроуфорд. В том, что произошло, нет твоей вины. Не смей винить себя — ты не можешь предвидеть всего! И, тем более, не можешь предвидеть, что сделает этот ублюдок.

Я хотел было возразить, но она приложила палец к моим губам.

— Я в порядке, но, если мы сейчас вызовем полицию, узнают все… А мои родители, они это перенесут? Матери только что пересадили сердце, думаешь, ей легко будет узнать, какой беды я только что избежала? А отец? Да он просто убьет Дэвида. Ты потеряешь компанию, отец сядет в тюрьму, и когда все это свалится на мать, да еще она узнает, что сделала я… Не знаю, может оказаться, что пересадку ей делали напрасно. Я не могу так поступить с ними. Нет, здесь нужно подумать.

Дилейн Талбот не переставала удивлять меня. Едва избежав страшной участи, она сразу начала думать об остальных. Никогда еще в этом мире не существовало более самоотверженного человека. Я не заслуживал ее. И, конечно, она была права. Как мне ни хотелось догнать Дэвида, я понял, что нам нужно перегруппироваться и решить, что делать дальше.

— Хорошо, — сдался я и беспомощно вздохнул. — Пусть будет по-твоему.

Я взял ее за руку и приложил ладонь к своим губам. Мне этого было достаточно, но, когда я попытался от нее отстраниться, она забралась ко мне на колени и обвила руками шею. Губы ее слились с моими. Этот поцелуй не был рассчитан на продолжение. Этот поцелуй был простым свидетельством нашей любви, любви, которую не сможет омрачить даже эта мразь Дэвид Стоун.

 

 

 

Позже мы пришли в комнату для развлечений, но не для того, чтобы посмотреть

«Властелина колец», кадры которого мелькали на непозволительно дорогом телевизоре, занимавшем чуть ли не полстены. Если человек знает каждую строчку в фильме, как я, наверное, у него не все в порядке с головой, но почему бы нет? Меня это расслабляло, хоть и не могло отвлечь полностью. Я даже представить не могу — что бы смогло меня отвлечь.

На мне была пижама, одна из тех, которые я держал дома для гостей, а Лейни сидела на мне верхом, только что из душа, в одной моей белой рубашке, пахнущая, как живое воплощение секса. Однако сейчас я был как нельзя более далек от мыслей о страсти. Где-то в самом глубоком уголке сознания брезжили кое-какие смутные образы. Но лишь потому, что о сексе я думал всегда, когда видел Лейни рядом.

Как она ни старалась держаться, как ни пыталась убедить меня, что уже забыла о


появлении этого отморозка, я видел, что на самом деле это не так. Но я не собирался давить на нее или затевать разговор. Если она захочет, сама об этом заговорит — а я ее выслушаю и поддержу, как смогу. Надо было бы ее отвлечь.

— Значит, он сказал, что видел контракт? — спросил я. Мы до сих пор пытались понять, что делать с положением, в которое нас поставил Дэвид.

— Да, но я не понимаю, как ему это удалось, — задумчиво произнесла она. — Ты свою копию разорвал, моя копия у меня. Так где же он ее нашел? Как думаешь, он мог сюда тайком пробраться и сделать еще одну копию?

— Вряд ли, — ответил я, рассеянно чертя пальцем круги на ее теплой коже.

Наш небольшой мозговой штурм прервал звонок телефона, стоявшего на столике у кровати. Звонила Дез, она попросила поставить телефон на громкую связь, чтобы говорить со мной и Лейни одновременно. Это мне показалось странным, но с недавних пор в нашем мире не осталось ничего обычного.

— Включил. Что случилось?

— Привет, Лейни, — поздоровалась она с Лейни. Голос ее звучал на фоне басов отдаленной музыки. Наверное, она звонила с работы. — Я наконец вычислила, где видела того жеребца, с которым встретилась в твоем кабинете.

— Погоди. Что? — не понял я.

— Дэвида, — ответила за нее Лейни. — Она видела его у тебя на работе, ей показалось, что она узнала его.

Вот так номер!

— И где ты его видела? — поинтересовалась Лейни.

— Здесь, в клубе, — ответила Дез. — Он довольно часто бывает здесь, Но позже, когда все расходятся. Я видела его, когда оставалась, чтобы привести себя в порядок или… пообщаться с каким-нибудь мистером Совершенство. Но это не важно. Ваш парень входит через запасной выход и направляется прямиком в кабинет Скотта внизу. Задерживается он там довольно долго, а когда выходит оттуда, всегда прячет пакетик с белым порошком.

— Белый порошок? Кокаин? Стоун сидит на коксе? — Честно говоря, меня это не должно было удивлять. Когда мы были подростками, он часто баловался легкими наркотиками, но я почему-то решил, что дальше он не пошел.

Дез фыркнула.

— Да этот парень его так жрет, что у него, наверное, из задницы белое облако вылетает каждый раз, когда он пердит.

Лейни закатила глаза, как будто Дез могла видеть ее.

— Дез, по-моему, это работает чуть иначе.

— Не важно. Я просто так сказала. И я знаю, что ты закатила глаза, сучка.

Лейни засмеялась, и этот звук прозвучал для меня музыкой. А потом меня как будто, черт возьми, молнией ударило.

— Скотт.

— Что? — переспросила Лейни.

— У Скотта тоже есть копия контракта. В конце концов, он же сам проводил сделку. Черт! — Я потянул себя за волосы и запрокинул голову с бессильным стоном. — Я должен был предвидеть, что этот ублюдок выкинет что-то подобное. Это же его сущность. Если бы Дэвид помахал у Скотта перед носом пачкой денег, тот мигом отдал бы ему контракт. А я даже не знал, что они знакомы.

— Как я ненавижу его! — выпалила Лейни.

— Алло? — Дез напомнила нам, что все еще висит на линии. — Что у вас там происходит,


а?

Я посмотрел на Лейни, чтобы понять, хочет она, чтобы я что-то придумал или нет. До сих

пор мне не приходило в голову, что о случившемся сегодня днем знаем только мы. Не отрывая от меня глаз, Лейни решительно выставила подбородок и заговорила.

— Дэвиду Стоуну известно о нашем с Ноем контракте. Он сам сказал это днем. Представь: сегодня, сразу после твоего ухода, явился сюда и попытался заставить меня ускакать с ним в закат. А перед этим, конечно, помочь ему обобрать Ноя до нитки.

Дез ахнула.

— Это еще не самое страшное. Когда я отказалась и дала ему по яйцам за то, что он обозвал меня шлюхой, он решил, что, раз не вышло по-хорошему, будет по-плохому.

— Что? — изумленно вскрикнула Дез. — Ах он мразь! Ах, сволочь! Клянусь, я своими руками вырву из него кишки и запихну их ему в горло. А потом я познакомлю его с моим приятелем Чавезом, который отмотал срок в «Освальд-стейте» и не прочь отдрючить кого- нибудь в задний проход ради развлечения. Я слышала, Чавез за свою жизнь съел столько красного нагарского перца, что его сперма превратилась буквально в кислоту. Он — воплощение сатаны на земле, но ко мне всегда хорошо относился. Я уверена, что он окажет мне эту маленькую услугу. Разумеется, это означает, что я буду у него в долгу, но я готова пойти на это ради вас.

— Дез, остановись, — сказала Лейни. Лично мне предложение Дез показалось весьма дельным, я был бы только рад, если бы она запустила этот механизм. Но Лейни, по-видимому, придерживалась иного мнения. — Во-первых, тюрьмы «Освальд-стейт» не существует. Это сериал такой есть. Во-вторых, мы не будем опускаться до его уровня. Нам нужно составить план действий, поэтому я хочу, чтобы ты была посерьезнее и сосредоточилась.

— Ты решила, что я шучу? — спросила Дез, но Лейни не обратила на вопрос внимания.

— Подождите-ка, — сказал я, сопоставляя факты. — Стоун говорил, что видел контракт, верно? Что видел, но не говорил, что этот контракт уже у него.

— Да, и что?

Ответ был прост. Деньги могут все.

— Я съезжу к Скотту и предложу ему больше, чем Дэвид. Тогда у него не будет никаких доказательств. Сделаем упреждающий удар.

— Не хочу тебя расстраивать, но это не сработает, — вставила Дез.

— Почему? — несколько раздраженно поинтересовался я.

— Думай о Скотте что хочешь, но он хваткий делец. Ты правильно сказал, что это его сущность, но подумай вот о чем. С деловой точки зрения продавать контракт тебе бессмысленно. Так он лишается единственной гарантии того, что ты никому не расскажешь о том бизнесе, который процветает только благодаря секретности. Он не отдаст тебе контракт. Правда, чутье подсказывает мне, что Дэвиду он его тоже не отдаст.

— Без обид, но я не хочу доверять будущее «Алого лотоса» чутью, даже твоему, Дез, — сказал я ей.

— Ной, поставь себя на место Скотта, — почти снисходительным тоном произнесла Дез. — Если просочится информация о том, что он заключает такие контракты, он не просто потеряет бизнес, никто больше не захочет ему доверять. Не говоря уже о том, что на него натравят целый батальон киллеров, чтобы он не выдал федералам остальных имен. Ты был там, Кроуфорд. Ты видел, с какими людьми он имеет дело. Все они беспощадные ублюдки. Хочешь рискнуть?

Да, в этом было здравое зерно. Много здравых зерен.

— Так как, по-твоему, Дэвид планирует получить копию контракта? — спросила Лейни.

— Не уверена, но я бы сказала, что он хочет выкрасть его.


— Значит, мы должны его опередить, — тоном окончательного решения произнес я и сжал бедро Лейни, когда она посмотрела на меня.

— Не ты, — отрубила Дез. Мне уже, честно говоря, начало действовать на нервы то, что она постоянно вмешивается в дело. — Если ты туда придешь, Скотт сразу насторожится. Я займусь этим. Но мне понадобится помощник. Лейни, встречаемся у «Прелюдии», когда она закроется. Я впущу тебя.

— Черта с два! — возразил я. — Я не позволю ей этим заниматься, Дез. Нужно придумать другой способ.

Лейни повернула мою голову к себе и немного наклонила. Верхние три пуговицы рубашки

— моей рубашки — были расстегнуты, открывая вид на груди, которые манили меня, как манит лошадь морковка, подвешенная перед мордой. Потом она приподняла мой подбородок, ее губы скользнули по моим, обдав сладким дыханием.

— Ной, другого способа нет. Мы должны это сделать. Я войду туда незаметно, мы с Дез добудем контракт, как только Скотт уйдет, и я вернусь в твою постель. Ты даже не заметишь, что меня не было.

— А что если он попытается… — начал я, но замолчал. Лейни поцеловала меня так, что сомнений в ее решительности не осталось ни малейших.

— Его там даже не будет. К тому же Дез меня защитит.

Зачарованный, я преодолел микроскопическое расстояние между нашими губами и легонько потянул зубами ее нижнюю губу.

— Обещаешь вернуться здоровой и невредимой? — спросил я.

Мой голос все меньше и меньше походил на голос доминирующего самца. Она придвинулась ко мне еще ближе и уселась на меня самым недвусмысленным способом.

— Здоровой и невредимой. Обещаю.

Черт, эта женщина знала, как ослабить мою волю.

Лейни накрыла ладонью мою руку, лежавшую у нее на бедре, и начала медленно вести ее по кремовой коже вверх. Где-то в глубине сознания я понимал, что нужно остановить ее. Но все мысли отправились прямиком к черту, когда она протолкнула мою руку дальше и кончики моих пальцев прошлись по мягким складкам у нее между ног.

— Дез, я позвоню, когда выеду, — сказала она, а потом потянулась и нажала кнопку отключения телефона. Дальнейших обсуждений не будет. Она победила.

Я носом отвел ее волосы и припал ртом к шее, посасывая и покусывая нежную кожу. Лейни раздвинула бедра и снова накрыла ладонью мою руку, заставляя меня продвигаться вперед, пока мои пальцы не скользнули между ее влажных губ.

— Мы не должны этим заниматься, — сказал я, но не перестал целовать ее кожу и руку не убрал, потому что я — мужчина и мой генетический код не запрограммирован на отказ от секса. Лейни, как наркотик, вызывала привыкание.

— Ты же не откажешь мне? — Ее рука оторвалась от моей и расстегнула еще одну пуговицу. Лейни обнажила одну из своих идеальных грудей. Потом она потянула вниз мою голову.

— Никогда. — Я принял приглашение. Язык мой пощекотал возбужденный сосок, после чего я всосал его в рот.

— Заставь меня забыть, Ной. Возьми меня и сотри память. Я хочу помнить только твои прикосновения.

Ей это было нужно. Я был ей нужен. Я бы ни в чем ей не отказал…

Ладонь Лейни снова легла на мою руку, она выгнула спину, одновременно приближая грудь к моему рту, и ввела в себя наши пальцы. Она застонала, и я почувствовал, как от этого


звука дернулся мой «приятель».

Я сосал роскошный сосок все крепче и крепче, но мне все было мало. Эта женщина творила со мной чудеса, заставляла терять остатки самообладания. Ее киска была такой мокрой и упругой, гладкой, как жидкий шелк. Она ввела нас еще глубже, управляя моими пальцами. Такими должны быть отношения между мужчиной и женщиной.

— Я хочу почувствовать тебя внутри, Ной.

Я отпустил сосок, снова мягко поцеловал его и произнес:

— Встань, киса.

Она встала, позволив нашим пальцам выскользнуть, хоть при этом и вздохнула сердито. Я улыбнулся ей, приподнял бедра, стащил брюки и отбросил их в сторону.

Откинувшись на спинку кресла, я предстал перед ней во всей красе.

— Ты этого хочешь?

Волосы упали на ее лицо, когда она посмотрела вниз и прикусила губу, жадно рассматривая меня. Потом, ничего не говоря, кивнула, села на меня верхом, приставила головку к своему входу и опустилась.

Чтобы войти в нее полностью, мне пришлось чуть сдвинуться, но я положил руки на ее бедра, и вместе мы справились с этим. Наклоняясь, чтобы поцеловать меня, она отвела в сторону руку и щелкнула кнопкой включения массажера в кресле. Я застонал, когда почувствовал мошонкой вибрацию. Это ощущение, смешанное с прикосновением сосков Лейни, скользящих по моей груди, с ее соблазнительными поцелуями и ее горячими сжимавшими меня стенками, почти лишало рассудка. Но я выдержал. Это была сладкая пытка.

— Я люблю тебя, Ной, — прошептала она мне в губы.

— А я люблю тебя еще сильнее, — ответил я. Проверить, правда ли это, было невозможно, но я не мог поверить, что один человек может любить другого так сильно, как я любил ее.

Она двинула бедрами, прижимаясь ко мне, чтобы почувствовать мое тело своим. Ее соблазнительные полные груди находились прямо перед моим лицом, и я взял в рот оба ее соска одновременно. Взявшись за мои волосы, она начала подпрыгивать на мне, резко, как мне нравилось. Когда я царапнул зубами затвердевшие бутоны ее грудей, голова ее упала вперед, и она замедлила движение.

— Это так сексуально. Черт, как же сладко, — простонала она и, взявшись за спинку кресла, стала двигаться более целеустремленно. Лейни произносила слово «черт», только когда сердилась или когда я делал ей особенно приятно. И мне нравилось от нее это слышать.

Она двигала бедрами, выдаивая меня для своего удовольствия и отдавая его мне в десятикратном размере. Я думал, что не выдержу, но все же сумел сдержаться, чтобы она первой достигла пика.

Мои усилия оказались вознаграждены, когда я почувствовал, как ее стенки сжались на мне еще крепче, а движения сделались размеренными. Губы ее приоткрылись, глаза спрятались за опустившимися веками — она сосредоточилась на ощущениях. Лейни поднялась почти на самую вершину, но ее нужно было подтолкнуть. Ее тело я знал лучше своего и отлично понимал подаваемые им знаки. Ей было нужно, чтобы мужчина, которому она отдала себя добровольно, сам все сделал и взял свое.

— Давай, малышка, — подбодрил я ее. — Я жду этого!

Я сжал обе половинки ее идеально круглого зада, начал поднимать их и опускать. Я почувствовал, как ее ногти впились мне в кожу по обеим сторонам головы, а потом ее голова запрокинулась, тело сжалось, и она в оргазме простонала мое имя.

Я не терял ни секунды. Осталась одна вещь, которую я хотел с ней сделать с того дня, когда застал ее в комнате для отдыха, посреди хаоса, который она сотворила с помощью чертова


пульта дистанционного управления. Обхватив рукой ее талию, я встал вместе с ней с кресла и поднес ее к бильярдному столу. Она же все это время продолжала двигать бедрами, охваченная оргазмом. Идти с нею на руках было совсем непросто, но все же я сумел добраться.

Свободной рукой я смел бильярдные шары и опустил Лейни на стол, ни на секунду не покидая сладкого кусочка рая у нее между ног. Потом осторожно подтянул ее бедра к краю, отвел назад колени и раскрыл полностью, держа ноги руками. А потом я резко вошел в нее.

— О боже! — воскликнула она, и я мысленно дал себе пинка под зад за то, что сделал это так грубо, особенно после того, через что она прошла.

— Черт, прости, киса, я… Я не хотел. — Никакие извинения не исправят того, что я натворил.

— Нет, это «боже, как хорошо», — сказала она, тяжело дыша. — Честно слово, я в порядке. Даже лучше, чем в порядке. Это что-то невероятное. Именно это мне и нужно, Ной. Не останавливайся, пожалуйста.

Я почувствовал одновременно изумление и облегчение.

— Ну, тогда тебе стоит за что-нибудь взяться, потому что сейчас будет намного лучше.

Лейни опустила руки и крепко вцепилась в край стола. Сразу после этого я поднял ее ноги так, что они обхватили мои руки. Потом я чуть отстранился и снова вторгся в нее. Тест-драйв показал, что подводных камней нет, поэтому я принялся быстро работать бедрами. Движения мои были настолько активными, что я даже начал задыхаться.

С каждым ударом ее груди подпрыгивали, с каждым неумолимым движением мои яички бились о ее ягодицы. Глубже и глубже входил я в нее. Лейни стонала и вскрикивала, металась из стороны в сторону, я чувствовал, что на лбу у меня выступил пот, но продолжал, забыв обо всем на свете.

А потом я посмотрел вниз, туда, где наши тела соединились.

— Черт, женщина, — прорычал я, не в силах отвести взгляда, — ты такая… моя.

Я бился об нее снова и снова, сильнее и сильнее, глубже и глубже. Мой толстый «дружок» растянул ее тугой вход, и это было самое эротическое зрелище из всех, что я видел в своей жизни. Пульсирующая кровь вздула на нем вены, кожа была покрыта ее влагой, та часть, которая входила внутрь, сделалась темно-розовой — так крепко сжимались ее стенки.

Все, что нарастало внутри меня, взорвалось, и я закрыл глаза, отдаваясь невероятному оргазму. Я зарычал, чувствуя, как пульсирую внутри нее. Ударив ее бедрами в последний раз, я достиг пика, излив семя в женщину, ради которой я был готов на все.

Отдав Лейни все, что мог отдать, я вышел из нее и отпустил ее бедра. И только теперь я заметил, как сильно ее держал.

— Вот дерьмо. Извини, теперь, наверное, синяки будут. — Я наклонился и поцеловал каждое красное пятно так, будто поцелуями мог их излечить.

Пальцы Лейни сомкнулись у меня на волосах, и я положил голову ей на грудь, прислушиваясь к ее сердцебиению. К своему удивлению, я заметил, что наши сердца бьются синхронно. Как бы сентиментально это ни звучало — мы с ней слились воедино. И я знал совершенно точно: как бы ни повернулось с Дэвидом Стоуном и с контрактом, ничто не сможет встать между нами.

Я действительно ради нее был готов на все. Даже если бы мне пришлось пожертвовать всем, покрыть себя позором в глазах общественности и спрятаться с ней в какой-нибудь заброшенной хижине на Аляске, когда все узнают, что она сделала, чтобы спасти мать.

Для меня не существовало никого важнее и нужнее.


10


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.022 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал