Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Принципы и алгоритмы консультирования 3 страница






Часто такой человек может выглядеть неряшливо или, по край­ней мере, невзрачно. Его одежда и прическа как будто просят: «Не обращайте на меня внимания. Я просто не стою этого». Он никогда не стремится занять какую-нибудь заметную должность. У него нет этого не только в планах, но и желания такого он никогда не испытывал. Он соглашается с любыми, даже с самыми плохими условия­ми, и не требует большего, поскольку не считает себя достойным луч­шей жизни.

Иногда такие люди могут погрязать в нищете и разрушать себя ал­коголем и наркотиками. В ряде случаев они могут вести вполне дос­тойный образ жизни, много трудиться и даже достигать определенных успехов. Но больших достижений они боятся. Однажды достигнутые результаты влекут за собой соответствующие ожидания окружающих, а это пугает. Такой человек вовсе не считает успехи собственной заслу­гой. «Это всего лишь дело случая, — думает он. — И такого может до­стичь буквально каждый. Но второй раз у меня может просто ничего не получиться. Я только разочарую людей». И он старательно убежда­ет всех, кто отмечает его достижения, в том, что от него практически ничего не зависело. Просто случайное стечение обстоятельств. В даль­нейшем он еще более тщательно следит, чтобы какой-либо успех слу­чайно не свалился на его голову. Человек с комплексом самоуничиже­ния не берет на себя ответственность даже за свои достоинства. Это слишком беспокойно и даже опасно.

Поскольку такой человек не уверен в себе, своих силах и способно­стях, он не решается самостоятельно принимать решения и предпри­нимать что-либо важное без подсказки со стороны какого-либо авто­ритетного лица. Он предпочитает передавать ответственность за себя и свою жизнь кому-нибудь, по его мнению, более компетентному. Из­бегая ответственности, он избегает и свободы выбора, тем самым час­то вынуждая себя жить не в соответствии с собственными потребнос­тями, а выполняя волю и предпочтения других людей.

Такое отношение к себе и своим делам не проходит бесследно. По­требности человека с комплексом самоуничижения не перестают су­ществовать, они только подавляются и глубоко скрываются от соб­ственного сознания. И хроническая неудовлетворенность жизнью — естественное следствие подобного вытеснения. Неверие в свои силы и самоограничения, вызванные этим, глубоко огорчают. Не удивитель­но, что у таких людей развивается депрессивный стиль мышления: ведь вспоминая прошлое, они видят одни промахи и неудачи; думая о бу­дущем, они предсказывают себе одни провалы. Оценивая себя, они навешивают на себя самые уничижительные ярлыки.

Как это ни странно, человек с комплексом самоуничижения может быть чрезвычайно внимателен к своей внешности. Он глубоко пере­живает любой, даже незаметный глазу постороннего изъян, а уж тем более явные отклонения от... эталона красоты. И это — одно из прояв­лений внутреннего конфликта.

На самом деле, при всей своей внешней скромности и демонстри­руемой непритязательности такие люди имеют высокий уровень пре­тензий к тому, каким должен быть «достойный» человек. Именно раз­ница между образом Идеального Я и восприятием себя реального яв­ляется причиной столь печального комплекса.

Человек с комплексом самоуничижения выглядит скромным и го­товым угождать всем, кто его окружает. Но в действительности он пол­ностью сконцентрирован на самом себе. Его голова постоянно занята мыслями о том, как он выглядит в глазах других людей, что он сделал неправильно, в чем виноват. Он заботится прежде всего о себе, когда стремится услужить — он должен выглядеть «хорошим», «милым», скромным. Он не должен раздражать, не должен выделяться на фоне окружающих, должен быть удобным для всех.

Он постоянно сравнивает себя с окружающими, и, конечно, не в свою пользу. А ведь в соответствии с идеальным образом он должен быть лучше них! И это сравнение заставляет его постоянно извинять­ся. Он предпочитает предупредить людей о собственной несостоятель­ности, чем переживать впоследствии их разочарование. Кроме того, предупредив, он показывает себя человеком самокритичным, совест­ливым и скромным.

Самоуничижающийся человек чрезвычайно зависим от мнения ок­ружающих людей. Поэтому любая критика с их стороны для него не­выносима. И в этом выражается еще одно противоречие. Критикуя открыто самого себя, он чувствует боль и гнев, если с его словами со­глашаются. Попробуйте сказать ему, что вы согласны с тем, что он никуда не годится и ни на что не способен, и он затаит враждебные чувства по отношению к вам. Не для того он ругает себя, чтобы вы с ним согласились, а для того, чтобы вы возразили ему, и таким образом он получил, наконец, подтверждение собственной значимости.

Тайная мстительность и враждебность вовсе не чужды самоуничи­жению. Слишком много человек терпит ограничений, наблюдая, как другие смело идут вперед. Слишком убедителен он бывает, доказывая свою ничтожность. И в результате многие начинают относиться к нему в соответствии с его поведением. А это обидно.

Но обида и враждебность тут же сливаются в жуткой какофонии с чувством стыда и вины. Внутренний конфликт состоит в том, что в глубине души самоуничижающийся человек уверен, что заслуживает презрения, и одновременно он хотел бы выглядеть лучше других.

Будучи не в состоянии принимать самого себя таким, каков он есть, человек с комплексом самоуничижения не способен поверить, что другие, узнавшие все его недостатки, могут отнестись к нему с дружбой и принятием. Он перестает воспринимать любые положительные чувства других людей. Комплимент он воспринимает как саркастичес­кое замечание, выражение симпатии — как снисходительную жалость. Если кто-то хочет его видеть — это потому, что он от него что-нибудь хочет. Если другие люди выражают ему свое расположение, то только потому, что они плохо его знают, или потому, что он может быть им чем-то полезен, или потому, что они сами ничего не стоят. Если кто-то не поздоровался с ним на улице — это пренебрежение, если задержал­ся — это неуважение, если добродушно подшутил — это явное стрем­ление его унизить. При этом сам человек не осознает происходящие в нем искажения: он уверен, что полностью прав.

Что же служит причиной для развития такого тяжелого комплекса?

Прежде всего — завышенные требования со стороны родителей, оправдать которые ребенок явно не способен.

Следующая причина — постоянные сравнения с другими детьми, которые делают родители и которые оказываются не в пользу ребенка. Понятно, что мама и папа, вероятно, желали таким образом стимули­ровать у своего чадушки стремление совершенствоваться и достигать успехов. Но получили они как раз обратное: ребенок понял, что он просто не может соответствовать столь высоким требованиям. В даль­нейшем он сам к себе начинает предъявлять подобные требования, сам себя критикует и сравнивает с другими людьми не в свою пользу. А по­ка он твердо усваивает, что если он ничего не делает, то получает го­раздо меньше критических замечаний, чем когда начинает делать и при этом ошибается.

С другой стороны, слишком требовательные родители никогда не бывают полностью удовлетворены действиями ребенка. Посте­пенно у него развивается страх провала. Это еще больше сковывает его и приводит к новым неудачам. Предвидение одних только не­удач окончательно рождает в нем убеждение, что безынициатив­ность и апатия — самый безопасный способ поведения. По край­ней мере, это не приводит к разочарованию. Но ему жизненно важ­но получить любовь. Поэтому свою неловкость и неумелость ребенок старается компенсировать ласковостью, послушанием и / или незаметностью. А если ему все-таки приходится что-то делать, он заранее извиняется за свою неполноценность, как бы предуп­реждая разочарование.

Однако низкое самомнение ребенка вовсе не означает, что он дей­ствительно никуда не годится. Часто самоуничижение разъедает душу весьма талантливых людей. Поэтому успехи все-таки периодически до­стигаются, несмотря на все блокирующие обстоятельства. Но любое достижение ребенка вызывает только одну реакцию его родителей: «Ну вот, можешь, когда хочешь!». Теперь от него ожидают еще большего. По существу, от него хотят безупречности и совершенства. Планка тре­бований поднимается. Угроза провала увеличивается. Так в ребенке развивается страх успеха. Он предпочитает подавить свои способнос­ти, чтобы даже нечаянно не вызвать пугающие его ожидания.

4. Кто-то из родителей передает ребенку собственный комплекс са­моуничижения. Он говорит: «Не высовывайся! Куда нам! Есть много людей, которые умнее и лучше во всех отношениях. И они не любят таких, как мы. Чем меньше тебя замечают, тем безопаснее находиться среди людей».

Постоянное подавление собственной энергии и стремление быть незаметным постепенно сказывается на всем облике человека, а затем и на всей его судьбе.

Итак, подытожим все вышеизложенное.

Родительские посылы:

□ «Ты должен соответствовать нашим ожиданиям!»

□ «Ты должен быть лучше других».

□ «Чтобы выглядеть лучше других, ты должен раньше других на­учиться многому такому, что они не умеют. Причем делать это ты должен в совершенстве».

□ «Если ты не соответствуешь нашим требованиям, то ты ничто­жество».

П «Если ты не соответствуешь нашим ожиданиям, ты расстраива­ешь нас, и ты недостоин нашей любви».

О «Не высовывайся, чтобы над тобой не смеялись. Ты не достоин уважительного отношения, ты ничтожество».

Выводы ребенка:

О «Раз я не могу выполнять то, что они от меня требуют, значит, я неполноценный».

□ «Любят только умных, умелых, успешных людей». О «Мне очень нужна любовь, но я ее недостоин».

□ «Мне очень нужна любовь, и я постараюсь, по крайней мере, поменьше раздражать родителей. Для этого я буду милым и пре­дупредительным. И я постараюсь предупреждать их заранее о возможности моих неудач, чтобы они меньше сердились».

О «Чем реже я что-либо делаю, тем меньше на меня сердятся. По­этому нужно поменьше проявлять инициативу и свести все дела к минимуму».

П «Нужно тщательно следить, чтобы мои успехи не были слиш­ком заметными. Все равно, это — дело случая. Но потом я обя­зательно еще больше разочарую родителей = Меня еще меньше будут любить».

Результаты:

П Эгоцентризм («зацикленность» на себе).

□ Неуверенность в себе.

□ Застенчивость.

□ Высокий уровень требований к себе.

□ Стремление привлечь симпатию окружающих посредством жа­лости к себе.

□ Постоянное чувство вины и стыда. О Страх неудачи.

О Страх успеха. О Обидчивость.

□ Тайная мстительность.

□ Болезненное восприятие критики.

□ Избегание конфликтных ситуаций, даже в ущерб себе.

□ Невозможность выразить свое мнение, постоять за себя.

□ Хроническая неудовлетворенность жизнью.

□ Стремление передать ответственность за важные решения и свою судьбу другим людям.

□ Склонность выбирать доминирующих партнеров, руководящих его жизнью.

□ Склонность выбирать критикующих и унижающих его партне­ров (выполняется модель родительской семьи).

□ Склонность к депрессии.

Какое все это имеет отношение к созависимым отношениям? Са­мое прямое. Человек с комплексом самоуничижения строит свои от­ношения со значимыми людьми по принципу «Любовь через отказ от собственного суверенитета и растворение своей психологической тер­ритории в территории партнера».

Он успокаивает собственную тревожность и максимально избегает страха неудачи и страха успеха, если передает ответственность за свою жизнь значимому Другому. Ему проще не испытывать своих желаний, не иметь собственных целей и стремлений, поскольку они предпола­гают определенную деятельность и достижение результата, который подлежит оценке. Сильный, активный, властный партнер, который готов распоряжаться его жизнью и диктовать свои условия, максимально соответствует самоуничижающемуся человеку. Он готов растворять­ся и угождать, он привык слушаться и быть незаметным. Да и критика доминирующего партнера хотя и больно ранит, но вполне привычна. Мало того, она ему необходима, поскольку постоянно возвращает его в привычную атмосферу его детства и подтверждает субъективное чув­ство верности его выбора: при таком количестве собственных «недо­статков» ему просто не выжить без неустанного руководства близкого человека. Он чувствует себя абсолютно зависимым, но эта зависи­мость — единственно возможный для него способ существования.

Соответственно, партнер должен обладать всеми качествами, по­зволяющими ему занимать доминирующую позицию. Мы можем пред­положить, что при длительном и близком общении со зрелой личнос­тью, доброжелательном отношении человека, заботящегося о развитии своего избранника, самоуничижение постепенно могло бы уступить место вере в собственные силы и самоуважению. Но в реальной жизни взаимодействие с таким партнером предполагает длительный период дискомфорта и тревожности. Так что каждый день самоуничижающий­ся человек будет стремиться подтвердить свою ничтожность, что, в свою очередь, невыносимо для зрелой личности, привыкшей разде­лять ответственность, уважать свободу решений и стремление к раз­витию. Такие люди настолько неудобны друг для друга, что их дли­тельный союз практически невозможен без специальной терапевти­ческой проработки.

Впрочем, самоуничижающийся человек редко ошибается в выбо­ре. Он чувствует влечение именно к доминирующим людям, а те видят в нем благодатную почву для удовлетворения своих потребностей во власти и контроле.

ПОРТРЕТ ЧЕЛОВЕКА С КОМПЛЕКСОМ МУЧЕНИЧЕСТВА

Основная черта мучеников — это несгибаемая уверенность в том, что они жертвы, и кто-то (но только не они) виноват в их страданиях.

Свои истоки мученичество берет в раннем детстве. Маленькому ре­бенку больше всего на свете нужна любовь и забота. Для него она — объективно существующий способ выживания. А стремление вы­жить — основная, врожденная потребность всего живого.

В то же время, ему постоянно внушали, что он должен «заработать» любовь родителей, заплатить за то беспокойство, которое он причи­нил родителям самим фактом своего существования. Ведь ночей не спали, а сколько хлопот, сколько труда, одна стирка пеленок доводила до безумия. А когда болел, сколько жертв пришлось принести! И во­обще: после родов здоровье так и не поправилось. Словом, ребенок начинает понимать, что для него многим пожертвовали и он должен, так сказать, компенсировать.

С другой стороны, что он ни делает — мама и папа никогда не бы­вают довольны. А пока он «плохой», любить его не за что. Если он за­болеет, родители будут ухаживать за ним, но и «счет» ему предъявят немалый. Постепенно озлобляясь, ребенок начинает чувствовать себя жертвой и тоже хочет получить расплату.

Отношение родителей является почвой для мученичества. Вот «хими­ческий состав» такой почвы:

□ Отсутствие выражения родительской любви.

□ Противоположные реакции родителей (гнев, умиление, равно­душие) при одних и тех же проявлениях ребенка.

□ Раздражительность родителей, неясность причины их раздра­жения.

□ Насильственные методы воспитания (жестокие наказания, уни­жения, побои).

□ «Ты недостаточно хорош, чтобы мы тебя любили. Ты должен за­служить нашу любовь».

□ «Мы так многим для тебя жертвуем, что ты должен заплатить за это: ты должен соответствовать нашим ожиданиям».

□ «От тебя одно беспокойство, ты — источник наших страданий и лишений, ты не оправдываешь наших ожиданий».

□ «Ты не должен злиться, раздражаться или плакать — ты должен испытывать только те чувства, которые нам нравятся».

□ «Ты в ответе за мое здоровье» — «Я поплатилась своим здоровь­ем, когда рожала тебя» («Я тебя рожала, ночей не спала, а ты...»).

□ «Ты в ответе за то, что мы чувствуем, и виноват в наших неуда­чах» — «Если бы не ты, я бы могла (мог)..., у меня была бы дру­гая жизнь».

□ «Если ты не будешь соответствовать моим ожиданиям, я накажу тебя: ты увидишь, как я страдаю — ты тоже будешь страдать от чувства вины».

□ «Не вздумай быть самостоятельным: я не прощу тебе своей не­нужности».

Под влиянием подобных родительских посылов в ребенке начина­ет формироваться соответствующее отношение к себе и к окружаю­щему миру. Другими словами, мученичество пускает свои корни.

Выводы ребенка:

□ «Мне жизненно важно иметь любовь. Я должен ее получить». О «Я не понимаю, что они от меня хотят».

О «Со мной что-то не так: я причиняю одни беспокойства».

□ «Меня нельзя любить: я недостоин любви».

□ «Я не в состоянии соответствовать всем ожиданиям» = «Я ни­когда не получу любовь».

□ «Я не должен сердиться или плакать, но я сержусь и плачу. Зна­чит, я плохой».

□ «Я почти никогда не оправдываю ожиданий, значит, я плохой, я ничтожество».

□ «Когда мама (папа) страдает, она добивается большего внима­ния, чем я, когда стараюсь соответствовать ожиданиям».

CD «Любят только тех, кто исполняет желания, удовлетворяет по­требности — любовь заслуживают своей необходимостью и по­лезностью».

□ «Я должен платить за любовь, и мне должны платить за любовь». О «Я не могу заставить вас любить меня, но я могу заставить вас

страдать: вы будете видеть, как я страдаю, и будете испытывать чувство вины».

О «Я всемогущ: от меня зависит жизнь, успешность, здоровье дру­гих людей».

О «Если я скрою, какой я, то они могут подумать, что я хороший, и полюбят меня».

□ «Я совершенно беспомощен, я ничтожен, но никто не должен знать об этом».

□ «Окружающие в любой момент могут сделать мне больно или догадаться, что я ничтожество — я должен контролировать их».

□ «Если я один, значит, меня никто не любит, значит, я действи­тельно полное ничтожество. Чтобы они не покинули меня, я дол­жен сделать так, чтобы они не смогли обходиться без меня».

Пожалуй, вполне логичные выводы из противоречивого опыта вза­имоотношений с родителями. Проходят годы, и вот перед нами чело­век, мучимый неутоленной жаждой любви ближних, страдающий от чувства собственной ничтожности, в то же время стремящийся пока­зать окружающим, что достоин любви, и вечно боящийся «разоблачения», поскольку глубоко в его душе живет убеждение, что он крадет любовь незаконно. Проецируя свое отношение к себе на окружающих, мученик подозревает их в тайной враждебности, и в ответ на свою про­екцию становится враждебным. Он может быть мстительным и стре­мящимся к любви, заботливым и тайно наказывающим одновремен­но. Он стремится сделать любимых людей зависимыми от себя, но сам зависит от них в еще большей степени: он готов все терпеть, перено­сить унижения и обиды, только бы его не бросили, только бы не чув­ствовать себя одиноким.

Контролируя каждый шаг близких людей, мученик чувствует себя спокойней и уверенней оттого, что так они никуда не денутся. Для него быть долго одному, тем более жить в одиночестве — подобно смерти. Человек, чувствующий себя ничтожеством (даже если он не осознает этого) наполняет свои мысли, чувства, всю жизнь другими людьми. Если он остается в одиночестве, он немедленно стремится наполнить себя кем-либо. Он даже не в состоянии пережить период выбора парт­нера и останавливается на первом, кто «попался под руку», чтобы вновь наполнить себя заботами о нем (а значит, и властью над ним). Разуме­ется, на такую роль соглашаются лишь люди, которые готовы перело­жить ответственность на чужие плечи. Поэтому совершенно не слу­чайно, что мученики выбирают безответственных партнеров, которые идеально позволяют осуществить их потребность в превосходстве.

Чувство превосходства, внимание и благодарность окружающих не­обходимы мученику, как воздух, потому что его самооценка зависит от их мнения о нем. Так он убеждается, что выглядит в глазах других дос­тойным любви. Вот почему любая забота мученика — это забота, по существу, корыстная, хотя корысть эта связана с неудовлетворенной жаждой любви. А она и не может быть удовлетворена, потому что му­ченик не верит, что его действительно можно любить. Он часто подо­зревает, что окружающие лишь притворяются, говоря об этом. При­творяются, только чтобы использовать его для получения заботы.

Но и он желает получить сполна за свои труды. На нем лежит целая куча обязанностей, он выматывается и устает, зато он сделает так, что­бы все знали, какие жертвы принесены им во имя других.

Мученик наполнен гневом, который он может подавлять в себе, пока он не находит выхода в эмоциональном срыве, депрессии или заболеваниях. Собственно, он не упускает случая, чтобы наказать тех, о ком заботится, если они не проявляют к нему должного внимания и любви. А они и не проявляют, поскольку:

• во-первых, мученик выбирает партнеров или воспитывает де­тей, которые привыкли потреблять, не давая ничего взамен;

Глава 5. Психологические портреты людей, создающих созависимые отношения

• во-вторых, мученик сам берет на себя решение проблем ближ­них, а затем сердится на них за то, что те не решают пробле­мы самостоятельно;

• в-третьих, если бы ближние решали проблемы самостоятель­но, мученик почувствовал бы себя отвергнутым, незаслуженно обиженным недоверием, и снова имел бы право сердиться.

В общем, у мученика всегда найдется причина для обиды. И это — еще одна его характерная черта. Простить — значит понять и принять человека таким, каков он есть, а затем сделать выбор, находиться ли с ним в близких отношениях или жить на расстоянии, не общаясь. Но мученик не может сделать ни того, ни другого. Он всегда хочет переде­лать другого человека. И это стремление есть смещение собственного стремления к недостижимому совершенству. Однако ему легче взять­ся за изменение другого, чем себя. Своим оружием он может считать любовь, власть, стремление к совершенству, но, по сути дела, все это нужно только ему самому для того, чтобы постоянно чувствовать соб­ственную значимость. Однако это стремление никогда не бывает удов­летворено:

• во-первых, ему постоянно кажется, что его труды и старания недостаточно оценили;

• во-вторых, где-то там, в глубине души, он понимает, что во­все не такой добрый, каким хотел бы казаться, и этот внут­ренний конфликт порождает тревожность и угнетенное со­стояние;

• в-третьих, та осознанная и неосознанная враждебность, ко­торая наполняет душу мученика, очень не вяжется с его ро­лью жертвы, и такое противоречие разрушает самоуважение;

• а в-четвертых, он действительно устает, выматывается и стра­дает, и все это отнимает огромное количество энергии; рано или поздно он чувствует тщетность всех своих усилий и тяже­ло переживает беспомощность.

Результаты:

□ Страх одиночества.

□ Навязчивое стремление к любви, зависимым отношениям. П Стремление к превосходству.

□ Стремление к доминированию, власти (открытой или тайной) и контролю.

□ Самоуничижение.

□ Высокомерие.

П Периодические вспышки раздражительности и гнева.

□ Постоянное чувство вины.

□ Склонность к депрессии.

□ Тайная мстительность. О Обидчивость.

О Тайное презрение к себе.

□ Проецирование своего самоотношения на окружающих и за­тем — страдание от чувства недостаточной «ценимости» ими.

□ Подозрение, что окружающие не любят, а только используют и не платят благодарностью.

□ Готовность терпеть унижения ради того, чтобы не остаться в оди­ночестве.

□ Подмена ответственности: «От меня зависят их судьбы» / «Они в ответе за мои несчастья».

□ Построение взаимозависимых отношений. Близкие должны быть в достаточной степени беспомощными, чтобы мученик чувствовал свою значимость и незаменимость. Мученик для это­го готов вывернуться наизнанку. С этой целью он интуитивно выбирает партнеров, которые склонны сваливать ответствен­ность за свою жизнь на других. Однако это выматывает и самого мученика.

□ Потребность жаловаться тем, от кого не зависят изменения, ради сочувствия, ради желания, чтобы все знали, какие жертвы муче­нику приходится приносить.

□ Мстительные мысли и желания. Поступки, слова, вызывающие у окружающих чувство вины перед мучеником. Тайное причи­нение душевных страданий тем, кто не выражает достаточной благодарности мученику (последней, как уже говорилось, ни­когда не бывает достаточно). Ведь страдания из-за него тоже подтверждают его значимость и высшую власть — власть над чувствами!

□ Болезненное восприятие критики. Критика воспринимается особенно болезненно, потому что в глубине души мученик ей верит, а это значит, он не настолько хорош и значим, насколько он хочет казаться. Критика вызывает панический страх, а затем уже защитную ярость, потому что критикующий как будто бы догадался о том, что мученик тщательно скрывает. И к тому же он целиком зависит от мнения окружающих. Все, что он дела­ет, — это только для того, чтобы «заработать» любовь. Критика же в понимании мученика лишает его права на любовь. Это для него равносильно психологической смерти.

О Частые конфликты, обиды. Страхи, гнев, боязнь критики и не­уемная потребность получать одобрение людей лишает мучени­ка способности объективно рассматривать конфликтные ситуа­ции, открыто признавать себя неправым, понимать и принимать желание окружающих также чувствовать себя значимыми, сво­бодными, иметь собственное мнение. Собственные болезнен­ные чувства оглушают и ослепляют мученика и заставляют яро­стно сражаться даже там, где спор может быть разрешен простым вниманием к сути конфликта и к потребностям его участников.

D Сниженный фон настроения, чувство угнетения, усталости, деп­рессия.

□ Несмотря на явную невротизацию характера при развитии му­ченичества, этот комплекс позволяет осуществить почти все ба­зовые потребности, описанные Маслоу, что делает его чрезвы­чайно устойчивым психическим образованием.

Самоактуализация

Уважение, признание, статус

Любовь, дружба, забота, принадлежность

Безопасность, стабильность, защищенность

Физиологические потребности

Рис. 3. Иерархия базовых потребностей по А. Маслоу

1. Основные физиологические потребности. Это базисные потребно­сти в пище, воде, тепле, жилище, отдыхе, сексуальной разрядке, про­должении рода и т. п., обеспечивающие выживание человека.

У мученика стремление удовлетворить данные потребности ничем не отличается от других людей.

2. Потребность в безопасности и стабильности (в защищенности). Эта потребность отражает стремление человека обеспечить удовлет­ворение физиологических потребностей на постоянной основе, сохра­нение определенного уровня жизни, контроля событий своей жизни. Безопасность своего существования человек рассматривает через пред­сказуемость событий, стабильность, постоянство своего социального окружения и стабильность отношений между членами семьи и за ее пределами. Сюда относятся все те аспекты в жизни человека, которые дают ему уверенность в завтрашнем дне.

У мученика стремление к контролю чрезвычайно развито, причем он стремится контролировать не только свою жизнь, но и жизни окру­жающих его людей.

3. Потребность в принадлежности (потребность в любви и заботе). Люди нуждаются в эмоциональной привязанности, любви, поддерж­ке. Создание обстановки, при которой у человека формируются поло­жительный образ семьи и себя в ней, ощущение себя принятым семь­ей и микроклимат заботы друг о друге, способствует удовлетворению данных потребностей.

Чрезмерно окружая близких своей заботой и тем самым делая их беспомощными, мученик «зарабатывает» их привязанность и любовь, которая удовлетворяет его только в том случае, если эти люди прояв­ляют явную зависимость от него.

4. Потребность в общественном признании (статусе), уважении. Это — потребность человека в позитивной оценке обществом его ин­дивидуальности, обретении определенного социального положения. Какого бы единства ни достигала группа коллег, семья, группа друзей, каждый тем не менее стремится быть индивидуальностью, быть ис­ключительным, особенным и ценимым другими людьми.

Страдая, жертвуя, спасая и контролируя, мученик чувствует, что до­стоин уважения. Это подтверждается тем, что часто его действия соци­ально одобряются. «Он такой добрый, заботливый человек! Все для дру­гих! О себе совсем не думает!» — такая похвала (высказанная или под­разумеваемая) позволяет мученику чувствовать себя значимым.

5. Потребность в самореализации. «Человек всегда хочет быть пер­воклассным или настолько хорошим, насколько он может быть»2. Бо­лее широко эта потребность понимается как потребность в творчестве. Каждый человек стремится реализовать свой потенциал, постоянно самосовершенствоваться, найти свое место в жизни.

Неусыпная забота о других становится смыслом жизни мученика. Сам он не осознает истинную причину своих поступков. Но подоб­ный стиль жизни действительно требует от него актуализации твор­ческих возможностей, смелости, решительности, достижения опреде­ленных результатов своей деятельности. Так что ему присуще и удов­летворение потребности в самоактуализации.

Базовые потребности и их удовлетворение сами по себе не имеют никакого отношения к невротизации личности. Комплекс мученичества (впрочем, как и любой другой) развивается в условиях, когда че­ловек по каким-то причинам не видит для себя возможности прямого и открытого их удовлетворения и прибегает к защитным формам по­ведения.

Однако было бы ошибкой считать, что такой опосредованный путь получения жизненно необходимых ценностей является осознанным вы­бором мученика. Как правило, он видит причины своих осложнений в ближайшем окружении и в «несчастной судьбе», искренне полагая, что выполняет лучшее из возможных предназначений, полностью отдавая себя «служению людям». В этом он видит смысл своей жизни. А так как подобная позиция социально одобряется и находит сочувствие окруже­ния, то критический взгляд на свою деструктивную роль в создании ог­раничивающих развитие личности отношений становится для мучени­ка практически невозможным. Стремление к контролю выглядит в его глазах как потребность любить. И он не замечает, что его забота являет­ся оккупацией психологической территорией ближайших людей.


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.02 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал