Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава 10. Пока волны бились о скалу, это убаюкивало меня, в том, что я не нуждалась сейчас, так это во сне






Пока волны бились о скалу, это убаюкивало меня, в том, что я не нуждалась сейчас, так это во сне. На миг, закрыв свои глаза, я была окружена ярким белым светом, который описывал Леви. Мы купались в энергии, совершенно отличной, что я чувствовала на Земле. Мои руки источали мерцание, так, словно отражали сияние Небес.

Передо мной замаячил большой арочный проем, несколько отличающийся от моей окрестности. Густой белый дым, словно усики, затанцевали, когда двери распахнулись, и хотя мне не было страшно, но я знала, что эта дверная арка вела за собой кошмарные вещи.

Вне света оказался Леви, стоящий оперевшись о стенку – расслабленный и улыбающийся. За пределами круга доверия и подозрительсти, мы были погружены разговором. Я знала его, а он знал меня. Мы были друзьями – больше, чем друзьями. Притяжение между нами было подобно наркотику – затягивающим, Леви стоял в дверном проеме, скрываясь от тех, кто может возразить против наших разговоров.

― Пора и нам отправиться к ним, ― сказал он. ― Мы должны потребовать мира.

― Это невозможно. Они не станут слушать, ― ответила я.

Леви был настроен против владычества своего отца, так же во многом, как и на Земле. Прощение и мир монополизировали наши переговоры в течение многих десятилетий, пока он не признался, что любил меня.

― Что невозможно? ― сказал он с той улыбкой, от которой я не в состоянии отвернуться.

― Наш запрос на повестке дня. Они будут знать.

― Это – столь же хорошая причина, как и любая. ― Он вздохнул. ― Никакого притворства для нас. И никакого скрывания в тени.

― Я хочу этого. И боюсь, что именно поэтому этого не случится.

― Лапочка, ― сказал он, протягивая руку, чтобы коснуться моего лица.

Я прильнула к его руке, смакуя каждую секунду его прикосновений ко мне.

― Если ты этого хочешь, то получишь. Мы найдем способ быть вместе.

Я удерживала его руку у своей щеки, вдыхая мускусный аромат, который любила.

― Я не могу остаться, ― сказал он, глядя через плечо. ― Все будет хорошо. Обещаю.

Оглянувшись через плечо и зная о последствиях, так или иначе, я нуждалась в нем.

― Я боюсь, ― сказала я.

― Страха – не существует. ― Леви потянулся за моей рукой. Он смотрел с такой любовью и пониманием, хотя знал, что я все разрушила. ― Это не чувства. Это лишь вещи, которые происходят с нами. Сейчас не время для страха. Пришло время для храбрости. Ты мне доверяешь?

― Да.

Взгляд в его глазах не оставил мне выбора, кроме как протянуть ему руку. Я возжелала его рот и его прикосновения, но как только я, наконец-то, почувствовала его руки вокруг себя, поняла, что мы были обнаружены, оказавшись вдвоем в центре внимания.

Он напрягся.

― Я люблю тебя, ― прошептал он мне на ушко. ― Помни об этом.

Он потянулся за дверью, и я закричала, протягивая руки в темноту.

Михаил стоял позади меня, с глазами полных сожаления.

― Пойдем со мной.

Я кивнула, понимая, что борьба была абсолютно бессмысленной.

На Небесах не было ни разбирательств, ни сторон. Только один Верховный, только единственный господствующий, и правосудие осуществлялось с любовью. Меня отослали подальше – в покой, где я должна была осознать и сосредоточиться на истинной цели.

Приговор прибыл в исполнение, как только его огласили. Мгновение греюсь в любви и свете Творца, и как только я прикрыла глаза, словно от солнца – он исчез.

Я очутилась на четвереньках в темной комнате – в полном одиночестве. Я позвала Леви, затем Архангелов: Гавриила, Михаила и Эли, и даже Творца. Заставив себя оторваться от земли, я удерживала руки перед собой. После пары минут скитания по темноте, я поняла, что стены отсутствовали, а полы простирались длиною с вечность. Расширив свои глаза, я пыталась уловить малейший кусочек света, но то место, куда я направлялась было лишено всего.

― Леви? ― громко позвала я. Мой голос не отдался эхом обратно. Он был поглощён тьмой, как и я сама.

Я не знала ничего об этом месте. Без каких либо мыслей, где я прибывала уже так долго, я встала на колени и обняла себя руками, молясь с закрытыми глазами, до тех пор, пока не смогла проговорить что-либо. Тогда я молилась в уме, пока не смогла прекратить думать. Когда казалось, Вселенная ушла во тьму, я лежала на боку, свернувшись калачиком на холодном и жестком полу, выпадая повторно из сознания.

― Эдем, ― позвал знакомый голос.

Я поднялась на ноги, защищая глаза от красного зарева, доносившегося в ста ярдах из открытой двери. Стоя в темной форме перед дверью, плечи опускались и поднимались в учащенной последовательности, словно побывав в долгой битве, прежде чем добраться до меня.

― Леви?

***

Мои глаза распахнулись, щеки были мокрыми от слез во сне. Тьма превращалась в небольшую комнату с белыми стенами и старыми портретами. Чистый воздух и изобилие цветочного аромата были заменены запахом дождя, морских брызг и знакомого резкого аромата походного костра Леви.

Леви смотрел на меня с явным беспокойством. Его глаза были полны осторожной надежды, пока ожидал от меня хоть какого-нибудь знака на успешные воспоминания.

― Скажи, что ты вспомнила.

Прикоснувшись своими пальцами к губам, я пронаблюдала за небольшими падающими каплями на землю, затем окунулась в размышления о переломных воспоминаниях – в том числе, когда нас сослали – приходящих и уходящих, как будто переключавшиеся каналы на телевизоре.

― Было ли это сном?

― Был ли я там?

Я медленно кивнула.

― Ты забрал.

Он вздохнул с облегчением.

― Ты помнишь.

Я соскочила со своего места на диване и кинулась к нему на колени, свернувшись калачиком у него на руках и уткнувшись в ключицу его шеи.

Недолго думая, Леви обнял меня и притянул ближе, прижимаясь щекой к моим волосам.

― Все?

― Фрагментами. Миллионы кусочков, которые нужно собрать воедино. ― Я обняла его в ответ. ― Ты есть ты.

Он выдохнул, излучая чистое довольство своего тела. Ощущение было настолько странным. Прежде, я не была влюблена в кого-то, я всегда любила Леви – незнакомца обнимающего меня, словно для него драгоценный камень. Мы вместе потратили сотни тысяч жизней – и эта будет нашей последней. Отчаяние моего прежнего «я», чтобы быть с ним вместе, вступило в противоречие с неопытной молодой девушкой, которой я являюсь сейчас.

Он нахмурил брови.

― Ты сказала там, что настанет время, когда это не будет ранить так сильно, поэтому я не скучаю по прикосновениям рук, или по твоему запаху, по звуку твоего смеха или по цвету твоих глаз. Это время наступило прямо сейчас.

В моем горле сформировался комок.

― Но я всегда знал, ты была единственной, ― сказал он мягко. ― Так или иначе, ты мое начало или конец.

― Всегда? Как на заре времен?

― В буквальном смысле. Кто знал, что любопытство может привести ко всему этому? Я видел тебя в Эдеме (саду), у меня было дело с беспорядком, который отец наделал, искусив Еву. Я наблюдал за тобой весь день, а потом дни складывались в месяцы. Я не мог остановиться, ― сказал Леви, поверх моих волос.

― Сожалею, ― прошептала я.

― Я нет. Я бы скорее скучал по тебе, чем никогда не любил тебя. Не было ни единственного дня, когда я не мог чувствовать этот путь.

Белые стены отражали зеленые тона от заходящего солнца, пробивающиеся сквозь бурю. Мой сотовый телефон не звонил, что означало, мои родители точно знали, где я была и почему. По крайней мере, они мне доверяли хоть раз.

― Я долгое время пребывала во тьме, ― сказала я. ― Очень долго. Ты спас меня.

Он коснулся моего лица.

― Я заключил сделку на второй шанс.

― Заключил что?

Помолчав, он пожал плечами.

― Все.

Я посмотрела на него.

― Вот на чем остановился сон. Что произошло дальше?

Он посмотрел вниз на меня, глядя глубоко в мои глаза, с милой улыбкой на лице.

― Это.

Он поцеловал меня в губы раз, затем еще. Мои губы разомкнулись, впустив его язык внутрь. Он притянул меня ближе, его руки коснулись моей челюсти, а затем его пальцы погладили по челке.

Потом он отстранился, прикоснувшись лбом к моему, и закрыл глаза.

― Я ждал твое жизненное воплощение.

Он оглянулся назад, в сторону двери, и в тот же момент, мои чувства вышли за пределы и ощутили темные существа, окружающие Маяк, Леви, и работников в доме. Смесь из добра и зла была на подходе — и их было много.

― Леви?

Он поднялся вместе со мной.

― Я это чувствую.

― Они – ракушки (кто не помнит – это вселяющиеся демоны в простых людей).

― Знаю, ― сказал он, отпустив меня, чтобы открыть деревянный сундук, набитый оружием. Он зарядил пистолет и бросил его мне.

Я надавила на курок своим большим пальцем, и зажим выскочил из захвата.

― Что мне с этим делать?

― Обстреливать их.

Мои родители говорили о ракушках из своего путешествия в Иерусалим, где я родилась. Тысячи демонов овладели людьми и напали на нас, надеясь остановить мое рождение. Владение облегчило для демонов проводить самолет с Земли, даже если это было мерзостью и унижением достоинства Баланса.

― Обстреливать? ― Я опустила свое оружие. ― Я не могу никого убивать.

Он стиснул зубы и снова поднял вверх оружие, удерживая меня своей властью.

― Эти демоны нарушают равновесие, Эдем. Это разрешено.

― Демоны оставляют их, и они снова приходят в человеческое сознание. Я не буду их убивать.

Леви сунул мне пистолет.

― Но ты можешь замедлить их.

Я кивнула, выхватив из его рук пистолет. Взяв еще один, я впихнула его в ремень своих шорт за спиной.

― Что-то еще надвигается. Я не могу прочесть это, но он большой.

― Михаил… полагаю. Возможно твой дед. Твоя семья не отстает.

Я отрицательно покачала головой.

― Что-то еще.

― Скоро мы все узнаем.

Я последовала за Леви к выходу, затем обернулась вокруг на услышанные шаги, топающие вниз по лестнице. Он двигался не естественно, как будто его тело было переломанным. Спустя секундное мгновение, пальцы Леви обвили шею Пауло, прижимая того с небольшим усилием к стене.

Пауло зашипел, его глаза походили на сплошные черные шары, неестественно выпирающие из глазниц. Леви уперся лицом к Пауло, обнажая зубы, из его горла вырвалось плотское рычание.

Пауло сжался, но продолжал шипеть в знак протеста.

― Принеси мне веревку из сундука, Эдем. Вперед, ― скомандовал Леви.

В считанные секунды, я достала веревку. Затем помогла Леви привязать Пауло к толстой опоре перил. Пауло сопротивлялся против связывания. После мы вновь встали у двери, держа пистолеты близко к груди.

― Это конец? ― спросила я. ― Та часть, в которой мы умираем?

Леви улыбнулся.

― У моего отца бывают истерические позывы. Мы можем справиться с этим.

― Но ты сказал, что идет Михаил. Зачем Творец отправил…

― Он не любит, когда Ад портит его планы.

― Так он будет защищать нас, пока мы не умрем? Это логично.

Леви снял пистолет с предохранителя.

― Разве они не выстраиваются в ряды смертников?

Я выглянула за занавеску, увидев пятьдесят ракушек стоящих в совершенной линии: десять поперек, а пять в глубине. Они промокли от дождя и моря.

Я посмотрела на Леви.

― Не убивай никого. Пообещай мне.

Леви подмигнул.

― Я сделаю все от меня зависящее, лапочка.

Пауло фыркнул, и пугающий рык пронесся сквозь кляп у него во рту.

― Они идут за тобой, ― сказал он, его слова произносились глухо. ― И за ней. ― Его акцент изменился, становясь низким и хриплым.

Раньше я слышала голоса демонов, но звук, исходящий из Пауло походил на сотни перемешанных нечеловеческих и это нервировало.

― Замолчи, Нуббас, ― невозмутимо рявкнул Леви.

Как только Леви назвал демона по имени и повелевал ему, тот пошатнулся и завопил.

Леви подмигнул мне.

― Не волнуйся. Я позабочусь об этом.

Мне пришлось улыбнуться, но натянуто.

― Я верю тебе… Леви.

Его ресницы дрогнули, а затем все его тело напряглось, а спина выгнулась.

― Нет... нет! ― Его голос ревел, заполняя весь дом. ― Я сказал нет! ― Он не был похож на себя, когда повелевал тому, кто хотел завладеть его телом. От напряжения, вены на его шеи и лбу вздулись.

― Леви? ― закричала я.

Он хмыкнул и, тяжело дыша, присел, все еще сопротивляясь. Я потянулась к нему, протягивая руку, но он остановил меня жестом, сигнализируя держаться от него подальше.

Он упал на колени, возвращаясь в свое прежнее состояние.

― Ты в порядке? ― спросила я.

Леви кивнул.

― Что это было? ― в ужасе спросила я. ― Что это? Что случилось?

Леви стиснул колено своей рукой, тяжело поднимаясь; он ослаб.

― Они пытались сделать из меня ракушку.

От удивления, мои брови взметнулись вверх.

― Кто?

― Все они.

Пауло снова засмеялся, содрогаясь всем телом от восторга. Его пальцы и спина изогнулись, как у примата, а плечи сгорбились. Он весь был в своем собственном поту, стекавшем с волос, словно он только что побывал на улице под дождем.

Леви подошел к нему.

― Замолчи, демон.

Но Пауло продолжал смеяться, Леви согнул в локте руку и взметнул вверх, направляя его в лицо Пауло. Кровь потоком хлынула из носа от удара, а голова откинулась назад, затем тело обмякло.

― Они будут еще пробовать? ― взволнованно спросила я.

Леви расправил плечи назад, всасывая больше воздуха и предлагая утешительную улыбку.

― Даже в одиночку, они не достаточно сильны.

― Ты уверен?

Он кивнул и улыбнулся, пытаясь не выглядеть столь нерешенным, как я ощущала себя.

― Полезно знать.

― Они здесь, ― сказал Леви. ― Катрин пришвартовалась с твоей семьей. Пойдем.

Я кивнула и открыла дверь, направляя свой пистолет на десятки ракушек стоявших под проливным дождем. Я сняла свое оружие с предохранителя и указала его на женщину, стоящую в середине, ее глазах были похожи на большой мрамор обсидиана, ее кожа казалась бледной и тонкой, как бумага. Человек тяжело восстанавливался после того как побывал ракушкой и заболевал, их жизнь никогда не становилась прежней после случавшегося. Сканируя их лица, я знала, что каждая невинная жизнь будет навсегда изменена из-за меня и этой несокрушимой заявки на власть.

― Отойди назад, демон, ― приказала я, заряжая свой пистолет.

Дождь попадал мне в глаза и на лицо, заставив меня смотреть искоса.

Демоны попробуют использовать наше сострадание против нас, рискуя смертью ракушки, но я не позволю это. Она обнажила зубы, белая длинная ночная рубашка, была прозрачной, периодически подсвечиваясь лучом маяка. Я представила, какой испуганной, насколько холодный и больной она будет, когда демон оставит ее.

― Оставь ее! ― сказала я.

Она дернулась, темный дух внутри нее изо всех сил пытался удерживаться. Ракушка напала на Леви, и он легко свалил вниз мужчину, дважды превышающего его рост. С конечностями, вытянувшиеся во всех направлениях, тело мужчины скользнуло по земле и остановилось в неглубокой луже.

― Последний шанс, ― сказал Леви существу, стоящему перед нами.

Мои волосы были полностью промокшими от дождя, а капельки начали стекать с кончиков к подбородку. В считанные минуты я полностью промокла, как та женщина, стоявшая передо мной. Мне пришлось стереть воду с лица и глаз, теряя на мгновение внимание, и воспользовавшись этим моментом, женщина и еще десятки ракушек побежали на встречу ко мне. Выкидывая удары кулаками и ногами, я пыталась обороняться и выныривать из рук, но их было много. Они устояли перед моими ударами, и были сильны так же, как Бекс и Клэр. Вскоре, они навалились на меня – нанося все больше ударов, кусая и царапая, хватаясь за мои волосы и кожу.

Я упала на колени, ладонями упираясь в траву и грязь, и ощущая тяжесть на своей спине свыше десятка бешеных людей. Секунда спустя, и они исчезли. Леви перебрасывал их через двор, по три или четыре человека одновременно. Я боролась за путь моим ногам. Адреналин нахлынул, после того, как осознание быть настигнутой пронеслось в мгновение, и выместил много силы в мои кулаки. В тридцати метрах от меня, мужчина упал на землю, бездыханно. Я замерла, упирая руки в бока, пока дождь стекал с моего носа и подбородка.

― Здесь! ― закричал Леви, все еще боровшись с ракушками. ― Мы здесь!

Михаил появился радом со мной – абсолютно сухой, ливень не попадал на него.

― Покинь это место! ― проревел он на существо так громко, что мне пришлось закрыть уши.

Ракушка отпрянула в страхе, отходя к озеру.

Затем рядом со мной появился Самуил, и я почувствовала целую армию Архов и Киммерийцев позади себя и вокруг маяка, которые заполнили каждый квадратный фут земли между нами и скалами.

― Подожди, ― сказала я, сделав шаг. Я посмотрела на Михаила, прищуриваясь от дождя. ― Они оставят их в Наррагансетте. Они проснутся ослабленными и в воде.

Михаил приподнял бровь.

― Они утонут, ― настаивала я.

Михаил хмуро посмотрел на удаляющихся ракушек.

Папа, Клэр и Бекс подбежали к Леви и ко мне, где мы все еще стояли.

За несколько минут до этого, мы были окружены сотнями Архов. Теперь же мы остались одни в ночи, пока солнце не начало пробираться сквозь тучи, разгоняя дождь.

― Они ушли? ― спросила Клэр.

Леви покачал головой.

― Они убедились, что люди благополучно добрались.

― Приятно за них, ― сказала Клэр, удивившись.

― Что это было? ― спросил папа; две глубокие линии образовались между его бровями.

Леви покачал неуверенно головой.

― Она вспомнила. Я думаю, что это вызвало что-то.

― Может быть, гнев? ― сказал Бекс, расстроившись.

― Я не видела со времен Иерусалима столько ракушек, ― сказала Клэр.

Папино выражение оказалось более сильным, когда он исследовал мое лицо.

― Что это?

― Я не была готова, ― сказала я, стыдливо признаваясь в правде. Я все еще находилась в недоумении. ― Они сокрушили меня.

Бекс и Клэр переглянулись, а папа продолжал наблюдать за мной, с недовольством.

― Ну, она тренировалась с нами. Мы бросили ей вызов, ― сказал Бекс.

― Говори за себя, ― сказала Клэр.

― Достаточно, ― рявкнул папа. Он уставился на Леви. ― Ну? На что ты способен? Сможешь ли ты бросить ей вызов?

― В переулке он удерживал ее в подчинении, ― сказал он. ― По крайней мере, он может хотя бы несколько секунд это делать.

― Больше, чем несколько, ― сказал Леви.

Я удивилась.

Леви заметил выражение моего лица, затем откашлялся.

― Мне было поручено ее убить. Я уверен, что могу бросить ей вызов, но не думаю, что… ― Он поднял глаза и посмотрел на меня.

― Что? Ты не можешь ударить ее? ― ухмыляясь, сказала Клэр.

Леви стиснул зубы.

― Я знаю, ты не можешь.

Ухмылка Клэр исчезла, и она шагнула. Папа остановил ее тыльной стороной ладони, напротив груди, не спуская глаз с Леви.

― Если бы ты тренировался с ней, смог бы тогда нанести удар? ― спросил Бекс, искренне задавая вопрос.

― Да, но я не хочу… ― начал Леви.

― Решено, ― сказала я. ― Я буду тренироваться с Леви. ― Я посмотрел на него, касаясь его груди. ― Это просто более безопасно для меня, в конечном счете, правильно?

Леви нахмурился, недовольно подумав, что будет нападать на меня по-настоящему.

― Я не хочу делать этого.

― Ты считаешь, что именно ты выиграешь, ― сказала я, протягивая свою руку.

Он взял ее, и мы последовали со всей моей семьей к причалу, где ожидала Катрин, чтобы отвезти нас обратно в Ньюпорт.

 


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.021 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал