Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава 102






Санджая сказал:

Тогда отец твой превосходными острыми стрелами, гневный, наносил в битве удары сынам Притхи и войскам их повсюду. Он пронзил Бхиму двенадцатью, Сатьяки —девятью стрелами, и Накулу тремя остриями, и Сахадеву —семью. Юдхиштхиру двенадцатью он поразил в обе руки и в грудь, и, Дхриштадьюмну затем пронзив, он, великомощный, клич издал. В ответ Накула шестью, Мадхава тремя стрелами, Дхриштадьюмна семьюдесятью, Бхимасена пятью, Юдхиштхира двенадцатью —поразили деда. Дрона же, пронзив Сатьяки, пронзил [затем] Бхимасену —каждого пятью острыми стрелами, жезлу Ямы подобными. И те двое в ответ тремя меткими каждый поразили Дрону, быка среди брахманов, словно великого слона стрекалами. Саувиры, китавы, [воины] Востока, Запада, северяне, малавы, абхишахи, шурасены, шиби, васати —не отступали от Бхишмы, [как ни] сражал он их острыми стрелами в битве. И так же другие, которых Пандавы, великие духом, избивали, на пандавов наступать [продолжали], по-разному вооруженные, а Пандавы все так же осаждали деда, о царь.

Он же, ратями колесниц со всех сторон осажденный, [но] не побежденный, пылал, врагов испепеляющий, словно вспыхнувший в чаще леса огонь. Святилищем огня была его колесница, языками [пламени] —его лук, топливом —меч, дротик и палица, искрами —стрелы; так Бхишма-огонь испепелял кшатриев-быков. Стрелами с крепкими древками позолоченными, ястребиными перьями оперенными, карни, наликами221 и железными, он покрыл то войско. Острыми стрелами он сбивал и стяги, и [самих] колесничных бойцов и рощам пальм со срезанными верхушками рати колесниц уподоблял. Колесницы, слонов и коней, *о царь, оставлял без людей на поле битвы тот мощнорукий, лучший из владеющих всяким оружием. Удар его ладони о тетиву заслышав, что словно раскатами грома отозвался, содрогнулись все

существа, о Бхарата. Ведь без промаха били острия отца твоего, о бык среди бхаратов, и не застревали в доспехах слетевшие с лука Бхишмы стрелы. И колесницы с убитыми героями видели мы, о царь, которые влекли по полю сражения, о великий царь, запряженные в них быстрые кони. Четырнадцать тысяч великих воителей —чеди, кашийцы и каруши —под золотом украшенными стягами, прославленные сыны [знатных] родов, самоотверженные, не обращающиеся вспять [в бою], в битве приблизившись к Бхишме, богу смерти с разверстою пастью подобному, все низринуты были в иной мир вместе со [своими] конями, колесницами и слонами. И сотни и тысячи, о царь, видели мы [там] колесниц со сломанными осями и [другими] частями, со сломанными совершенно колесами. И колесницами с разбитыми бортами, пав-

шими колесничными воинами, стрелами пробитыми превосходными доспехами, трезубцами, палицами и булавами, о владыка народов, и мечами, длинными стрелами, поломанными днищами колесниц, колчанами и колесами, о достойный, многими луками, клинками [отсеченными] головами с серьгами, рукавицами и перчатками, поваленными знаменами и луками, всячески изломанными, устлана была земля. И сотнями и тысячами носились там стремительно [по полю], о царь, слоны с убитыми погонщиками и кони с убитыми всадниками.

И те герои [Пандавы], как ни старались, не могли остановить обратившихся в бегство великих воинов, стрелами Бхишмы уязвляемых. Великая рать, которую истреблял он, мужеством равный великому Индре, была рассеяна, о великий царь, так, что вместе и двое [нигде] не бежали. С поверженными колесницами, слонами и конями, с брошенными знаменами и колесничными дышлами, в беспамятство впало войско сынов Панду, горестными воплями оглашаемое. И среди [тех] стенаний отец разил сына, сын —отца, друг -— милого друга, властью судьбы подвигнутые. И являлись [там] взору, о Бхарата, воины сына Панду, бежавшие, бросив доспехи, с распущенными волосами.

И войско сына Панду с мечущимися колесницами и слонами выглядело тогда как мятущееся стадо коров, в муках ревущее.

30—4 Видя, что разгромлено то войско, [Кришна], отрада ядавов, сдержав великолепную колесницу, сказал Бибхатсу, сыну Притхи: ≪ Пришло то время, о Партха, которого ты ждал с нетерпеньем! Порази его, о муж-тигр, а иначе — ложным мнением, [скажу я], ты обманут! Как молвил ты некогда, о герой, при сошедшихся в столице Вираты царях, о Партха, в присутствии Санджаи: " Всех воинов сына Дхритараштры во главе с Бхишмой и Дроной и союзников их я убью, тех, кто будет сражаться со мною на поле боя". О сын Кунти, оправ-

дай эти речи, о врагов укротитель! О долге кшатрия помня, сражайся, о бык среди бхаратов! ≫ Когда сказал ему так Васудева, потупил голову, искоса глянув, Бибхатсу и, словно неохотно, ему такое слово молвил: ≪ Тех убить, кого нельзя убивать, и царство [тем обрести] или ад в конце, либо тяготы жизни в лесу —что лучше для меня? Гони коней туда, к Бхишме, свершу я по слову твоему, повергну необоримого старого деда куру≫. Тогда погнал серебристых коней Мадхава, о царь, туда, где [пребывал] Бхишма, на коего не поднять было взора, о царь, как на лучезарное солнце. И опять повернуло тогда назад великое войско Юдхиштхиры, видя, что вступил в бой с Бхишмой мощнорукий Партха на поле брани. Бхишма тогда, лучший из куру, львиный рык испустил вновь и вновь и тотчас ливнями стрел окропил колесницу Завоевателя богатств. И мгновенно колесница его с конями и с колесничим неразличима стала за тем обильным ливнем стрел. Но не смутился Васудева из племени сатватов и сохранил твердость духа, и он погнал тех коней, поражаемых стрелами Бхишмы. Затем Партха, взяв чудесный лук, тучи гром издающий, выбил острыми стрелами лук у Бхишмы, сломав. Кауравья, со сломанным луком [оказавшись], во мгновение ока другой великий лук вновь приготовил, отец твой. Затем обеими руками натянул онлук, тучи гром издающий, но и тот его лук сломал гневный Арджуна. И восхвалил то его проворство сын Шантану: ≪ Славно, о Партха мощнорукий, славно, о сын Кунти! ≫ Так промолвив, взял он другой блистающий лук, и стал Бхишма пускать стрелы в колесницу Партхи на поле брани. Но высшее искусство явил Васудева в управлении конями, круги описывая, он избег его стрел. Стрелами израненные, оба мужа-тигра, Бхишма и Партха, красовались,

словно два могучих быка неистовых, следами рогов отмеченных. А Васудева, видя, что бережно сражается Партха, Бхишма же неусыпно

ливни стрел извергает в бою и самых лучших бойцов сына Панду одного за другим сражает, что словно светопреставление творит Бхишма с юдхиштхировским войском, не мог он вынести того, мощнорукий из рода Мадху, вражеских героев губитель. Оставив серебристых коней Партхи, о достойный, соскочил-таки великий йогин во гневе с великой колесницы и устремился, могучий, на Бхишму с голыми руками. С [одним] бичом в руке, исполненный пыла, львиный рык испуская вновь и вновь, он поступью своею словно мир сокрушал, мира владыка. С очами, побагровевшими от гнева, неизмеримого величия исполненный, пылая жаждою убийства, он словно поглощал души [воинов] твоих в великой битве. Увидев, что подступает в схватке Мадхава к Бхишме на поле брани, возопили там воины: ≪ Пропал Бхишма, убили Бхишму! ≫ —ив бегство обратились все мужи в страхе перед Васудевой. В желтый шелк одетый, [сам же] темный, как черный жемчуг, блистал Джанардана, к Бхишме стремящийся, словно опоясанная молниями туча. Словно лев на слона, словно„стада вожак на [другого] быка, устремлялся он с ревом [вперед], пыла исполненный, бык среди ядавов. Увидев, что нападает он, лотосоокий, [на него] на поле брани, не смутился Бхишма, натянул [свой] огромный лук и сказал Говинде, не смутившийся душою: ≪ Приди, приди, о лотосоокий, слава тебе, о бог богов, повергни меня сегодня в великой битве, о лучший из сатватов! Ведь быть убитым тобою, о бог, в сражении, о безупречный, есть высшее благо для меня, о Кришна, в мире ином и здесь тоже! Тремя мирами почести оказаны мне сегодня, о Говинда, в [этой] битве! ≫ Меж

тем Партха, устремившись следом за Кешавой, схватил его, мощнорукий, и обхватил обеими руками сзади. Партхою схваченный, [продолжал, однако, ] быстро [вперед] продвигаться Кришна лотосоокий, лучший из мужей, таща того [за собою]. Но Партха, вражеских героев губитель, ногами упершись, удержал кое-как Хришикешу силой на десятом шагу. Тогда Арджуна, удрученный, ему, гневные взоры мечущему, вздохи, словно змей, испускающему, сказал, вражеских героев губитель: ≪ Вернись, о мощнорукий, да не обратишь ты в неправду то, что обещано было тобою прежде, о Кешава, —что не будешь ты сражаться! Лжецом назовут тебя люди, о Мадхава! Ибо мое во всем это бремя —я убью верного обету222. Дружбой, истиной, добродеянием клянусь: я на все пойду ради [истребления] врагов, о врагов истребитель. Уже сегодня узришь ты вдруг поверженным необоримого великообетного, как владику звезд на ущербе в час кончины [мира]≫. Вняв этим речам великого духом Пхальгуны, ничего не сказал Мадхава, но взошел во гневе опять на колесницу. И этих обоих мужей-тигров, стоящих на колеснице, вновь окропил ливнем стрел Бхишма, сын Шантану, как две горы дождем туча. И забирал жизни [их] воинов отец твой Деваврата, как солнце лучами силы жизни по истечении зимы. Как сын Панду громил в бою куру войска, так громил в бою войска Пандавов отецтвой. А избивае- мые и бегущие воины, потерявшие мужество и обеспамятевшие, не смели и глянуть на не знающего равных Бхишму на поле боя, словно на солнце в полдень, жаром своим палящее. Бхишмою истребляемые, словно Временем [самим]

в час гибели мира, ужасом охваченные, о великий царь, взирали на него пандавы и не находили спасителя на поле боя, словно коровы, забредшие в болото, словно слабосильные муравьи, которых топчет сильный. На Бхишму, великого воителя несокрушимого, извергающего потоки стрел, испепеляющего властителей людей, не смели они поднять взоры, как на солнце, палящее лучами-стрелами. А меж тем как сокрушал он войско панду, склонилось к закату светило тысячи лучей. Тогда изнуренные [ратным] трудом войска помыслили об отступлении [с поля битвы].

Глава 103

Санджая сказал:

Когда зашло солнце, меж тем как они [еще] сражались, зловещие сумерки наступили, и уже мы не видели поля боя. Тогда царь дхиштхира, видя, что смерклось, о Бхарата, и что, Бхишмой, сокрушителем недругов, истребляемое, повернуло вспять его войско, бросая оружие, лишь о бегстве помышляя, и неистового Бхишму видя, преследующего на поле боя великих воителей, и Сомаков, побежденных, павших духом великих воителей, задумался и, какоето время поразмыслив, подал знак к отступлению. И отступил тогда со своими войсками царь Юдхиштхира. Также отступили тогда и твои войска. Затем, отведя оттуда войска, расположились на отдых великие воители, о лучший из куру, ранами в битве покрытые. Но, размышляя о подвигах Бхишмы в сражении, никак не могли тогда обрести покоя Пандавы, Бхишмой уязвленные. А твои сыновья воздали почести Бхишме, победившему в бою пандавов со сринджаями, и восхвалили его, о Бхарата, и он расположился на отдых вместе с куру, изъявлявшими радость повсюду. Тогда наступила ночь, все существа в забытье погружающая. В начале той страшной ночи Пандавы с вришнийцами и необоримые сринджаи собрались на совет. И все они, великомощные, держали совет, смятенья чуждые, в принятии решений искушенные, о том, что в наступившее время для них всего благотворней [будет]. Тогда царь Юдхиштхира, посовещавшись некоторое время, о повелитель, обратившись к Васудеве, так ему сказал: ≪ Ты видишь, о Кришна, как великий духом Бхишма, грозный мощью, топчет мое войско, словно слон —заросли тростников. Мы же на него, великого духом, взоры

поднять не смеем, когда слизывает он рати, как пылающий огонь. Поистине великому и ужасному змию Такшаке, яда исполненному, подобен блистательный Бхишма в битве, о Кришна, когда с острым оружием, с луком в руках мечет он на поле брани отточенные стрелы. Можно победить гневного Яму или властелина богов с ваджрою в руке, Варуну, Носителя петли, Владыку богатств с его палицей, но Бхишму, ярости преисполненного, в великой битве победить невозможно! И получается, о Кришна, что низвержен я в пучину горя,

по слабости рассудка моего к Бхишме в бою подступивший. Я удалюсь в леса, о необоримый, благом будет мой уход туда. Не тешит меня битва, о Кришна, ведь всякий раз нас Бхишма сражает. Как в пылающий огонь летящий мотылек только смерть [там] найдет, так и я, к Бхишме приблизившийся. К гибели влекусь я, ради царства доблесть являя, также и братья мои, герои, стрелами жестоко уязвляемые. Из-за братской любви ко мне потеряли они царство, также из-за меня и Кришна [Драупади] пострадала, о Губитель Мадху. Очень дорожу я жизнью, ведь жизнь трудно сохранить сегодня. Жизнь, оставшуюся мне отныне, проведу я, высшей добродетели [посвятив]. Если заслуживаю я вместе с братьями твоей милости, о Кешава, то, что не противно долгу моему, объяви мне, о Кешава! ≫

Вняв той весьма пространной речи его, состраданием движимый, отвечал тогда Кришна, Юдхиштхиру утешая: ≪ О сын Дхармы, не предавайся скорби, о верный [своим] обещаниям, есть у тебя твои братья, непобедимые герои, врагов губители! Ветру и Огню223 равны мощью Арджуна и Бхимасена, сыны Мадри доблестны оба, как Владыка Тридцати. Меня тоже считай, дружбы ради я готов сразиться с Бхишмой, чего не сделаю я, о царь, по твоему указанию в великой битве! Я убью Бхишму в бою на глазах у сынов Дхритараштры, вызов бросив мужу-быку, если не хочет того [сделать] Пхальгуна. Если [только] с убиением Бхишмы, о царь, ты видишь победу [одержанной],

я с одной [моей] колесницей готов сегодня же сразить старого деда куру. Виждь отвагу мою, о царь, —как у великого Индры в битве! Я повергну его с колесницы, [если даже] великое оружие он пустит в ход. Кто враг сынам Панду, тот и мне враг, несомненно, кто за меня, тот и за тебя, кто мои, те и твои! Твой брат —мой друг, свойственник и ученик, собственную плоть готов я отсечь и отдать ради Арджуны, о владыка земли! И он, муж-тигр, готов жизнь отдать за меня. Уговор наш таков, друг мой: выручаем друг друга. Только прикажи, о властелин царей, —и я приду на помощь. Некогда в Упаплавье дал обещание Партха в присутствии Улуки, что сразит сына Ганги224. О тех

словах мудрого Партхи мне можно бы и умолчать, и, если разрешит мне Партха, я [сам] готов исполнить это обещание, не сомневайся. Но все же Пхальгуне определено это бремя в битве. Он убьет в сражении Бхишму, завоевателя вражеских городов. Партха, если захочет, может совершить невозможное на поле битвы. Даже Тридцать [богов] со всею их мощью, с дайтьями и данавами соединившихся, сразить может Арджуна в бою, что говорить о Бхишме! Не на той стороне, что полагается ему, великий мужеством Бхишма, сын Шантану, лишился он духа, мало жить ему осталось, и не ведает он теперь, что делать должен≫.

Юдхиштхира сказал:

Так оно и есть, о мощнорукий, как ты говоришь, о Мадхава! Ибо никому из них не хватит силы противостоять ярости твоей. Несомненно, обрету я все, что пожелаю, о муж-тигр, под твоим покровительством пребывая, о великомощный. Самих богов с Индрою [во главе] могу победить я в битве, о лучший из победоносных, когда ты, о Говинда, —покровитель мой. Что мне [тогда] в великом сражении Бхишма? Но я не дерзаю обратить в неправду твои слова, как ни важно для меня собственное дело. Окажи мне помощь, не сражаясь, как было условлено, о Мадхава! Но некий договор заключил со мною Бхишма, о Мадхава: ≪ Я помогу тебе советом, сражаться же [за тебя] никак не буду. За Дурьодхану я буду сражаться, истинно [говорю тебе]≫. Так [сказал он мне], о властитель. Ведь он и царства мне даятель, и совета, о Мадхава. Потому все вместе с тобою [пойдем] еще к Деваврате, спросим о средстве убить его, о Губитель Мадху. Так идем скорее к Бхишме, высочайшему мужу, если по душе тебе [это], о потомок Вришни, спросим совета у Кауравы. Благое слово он скажет и правдивое,

о Джанардана. Как он скажет, о Кришна, так я и сделаю в бою. Обету верный, он и победу, и совет нам дарует, он нас взрастил, детей, отца лишенных. И если старого деда, того, кто для [нашего] отца [был] дорогим отцом, я убить хочу, о Мадхава, —будь он проклят, кшатрийский удел!

Санджая сказал:

Тогда молвил, о великий царь, ему, отраде куру, потомок Вришни: ≪ Всегда мне по душе то, что ты говоришь, о мощнорукий. Умудрен [в боях] Деваврата, одним взглядом уже испепеляет Бхишма [врагов]. Ступай к сыну Стремящейся к океану225, спроси о средстве убить [его]. Правду он молвить изволит, особенно если ты его спросишь. Мы пойдем туда, чтобы спросить [об этом] деда куру, поклонимся ему и спросим у него совета, о Мадхава. Он даст нам совет, и мы последуем ему в сражении с врагами≫. Так посовещавшись, герои Пандавы, о старший брат Панду, отправились все вместе и [с ними] мужественный Васудева к обители Бхишмы, оставив оружие и доспехи. Войдя тогда к Бхишме, о великий царь, Пандавы склонили головы перед ним, воздавая почести ему, о бык среди бхаратов, поклонившись ему, они отдались под его покровительство. Сказал им [тогда] мощнорукий Бхишма, дед куру: ≪ Добро пожаловать, о потомок Вришни, добро по-

жаловать, о Завоеватель богатств. Добро пожаловать и сыну Дхармы, Бхиме, обоим близнецам. Что могу я нынче сделать ради умножения радости вашей? Всей душой готов я это сделать, как бы ни было трудно оно≫. Когда сказал им так сын Ганги благожелательно снова и снова, слово молвил ему удрученный душою Юдхиштхира, сын Дхармы: ≪ Как нам победить, о знаток Закона, как нам обрести царство, как избежать истребления народа, скажи мне, о властелин! И да откроешь ты нам сам средство для убиения твоего, и как нам, о царь, противостоять тебе в бою! Ведь нет у тебя ни крошечного даже уязвимого места, о дед куру, и в битве видят тебя всегда с луком, [враща-

емым] по кругу! Как ты берешь и нацеливаешь [стрелы], натягиваешь лук —нам не уследить, о мощнорукий, когда предстаешь ты на колеснице, словно солнце, сражающий мужей, коней, колесницы и слонов, о губитель вражеских героев! Кто тот муж, что дерзнет убить тебя, о бык среди бхаратов? Изливая мощные ливни стрел, о высший муж, ты ведь к гибели ведешь мою могучую рать. Как победить мне тебя в бою, как овладеть царством либо как войско обезопасить, о том, о дед, поведай мне! ≫ Тогда, о старший брат Панду, обращаясь к Пандавам, сын Шантану молвил: ≪ Никогда, о сын Кунти, пока я остаюсь в живых на поле брани, не видеть вам успеха, истинно говорю тебе! Но, когда я буду побежден в битве, вы непременно одержите победу над Кауравами. Скорее сразите меня, если желаете победы в бою. Я разрешаю вам, о сыны Притхи, разите, сколь вам угодно! Это хорошо как раз, я думаю, что вы [настолько] знаете меня226. Убьют меня, и всё убьют, поэтому пусть оно так и свершится! ≫

Юдхиштхира сказал:

Поэтому поведай нам о средстве, которым мы можем в битве победить тебя, что гневен в бою, словно [сам] бог смерти с жезлом в руке. Можно победить Держателя ваджры и Варуну и также Яму, но тебя в битве победить невозможно — даже богам и демонам с Индрою вместе!

Бхишма сказал:

Правда, о мощнорукий, то, что ты сказал, о сын Панду: невозможно победить меня в бою даже богам и демонам с Индрою вместе, когда я с оружием наготове и держу [свой] превосходный лук, но если я в бою положу оружие, о царь, убьют меня великие воители. Но с теми, кто бросил оружие, упал, уронил доспех или знамя, обратился в бегство, испугался, кто восклицает: ≪ Сдаюсь! ≫ —с женщиной, с носящим женское имя, с калекой, с единственным сынком, с недостойным, с безобразным —не по душе мне сражаться. И узнай, о Партха, о решении, уже прежде мною принятом: если неблагоприятный знак я увижу, ни за что сражаться не стану. Есть у тебя в войске, о царь, великий воитель Шикхандин, сын Друпады, воинственный, храбрый, в боях победоносный. Он был женщиной прежде, потом обрел мужское естество — вы знаете все о том, как оно было. Пусть Арджуна, герой, в бою поставив впереди Шикхандина, тотчас поразит меня стрелами, к нему вплотную [держась]. При таком неблагоприятном знамении —особенно [когда оно] в образе бывшего прежде женщиной —ни за что не захочу я биться, [даже будучи] с оружием в руках. В это время, приблизившись, пусть немедля Завоеватель богатств, сын Панду, поразит меня насмерть стрелами отовсюду, о бык среди бхаратов! Ибо никого я не вижу в мирах, кто мог бы меня, готового [к бою], сразить, кроме Кришны, великого судьбою, либо Завоевателя богатств, сына Панду. Поэтому, выдвинув вперед ко мне кого-нибудь другого, да повергнет меня Бибхатсу, и тогда за тобою будет победа. Сделай так по реченному мною слову, о сын Кунти, и тогда победишь ты сошедшихся в бою

сынов Дхритараштры!

Санджая сказал:

Затем, почтив Бхишму, деда куру, с [его] позволения вернулись сыны Притхи к своему стану. После сказанного сыном Ганги, иному миру себя обрекшим, горем терзающийся Арджуна со стыдом так молвил: ≪ С дедом, высшим, старшим в роду, совершенным в мудрости, вещим, как я буду сражаться на поле брани, о Мадхава? В детстве, о великомудрый Васудева, я, мальчик, бывало, весь запылившийся, играя, взбирался ему, великому духом, на колени и марал его, о старший брат Гады. Батюшкой я называл его, отца [нашего] отца, великого духом Панду. " Не батюшка я тебе, я —батюшка отцу твоему, о Бхарата", —говорил он мне в детстве. Как же я могу убить его? Ладно, пусть истребят мое войско, я не буду сражаться с великим, победа ли ждет меня или гибель. Или как ты полагаешь, о Кришна? ≫

Преславный Кришна сказал:

Ты обещал прежде, о Джишну, сразить Бхишму в битве. Как же, о Партха, долг кшатрия блюдя, ты не убьешь его [теперь]? Повергни его с колесницы, о Партха, как древо, громом пораженное! Пока не убьешь в бою сына Ганги, победы для тебя не будет! Предопределено это уже богами и свершится помимо воли твоей. Убьет Бхишму сын Индры, так оно [будет], и не иначе! Ведь трудноодолимого Бхишму, богу смерти подобного, пасть разверзшему, никто, кроме тебя, убить не может, даже сам Громовержец. Порази Бхишму, о мощнорукий! И выслушай слово мое о том, что сказал некогда Шакре великомудрый Брихаспати: ≪ Даже старшего, о Шакра, даже достоинствами наделенного, если со злым намерением он как убийца приходит, надо убить! ≫ Вечным остается этот закон для кшатриев, о Завоеватель богатств: должно им сражаться, защищать [подданных] и приносить жертвы, злобы [ни к кому] не питая!

Арджуна сказал:

Шикхандин конечно же будет погибелью Бхишмы, о Кришна! Ибо всегда, едва завидев Панчалийского, Бхишма отвращается от него. И мы, Шикхандина поставив во главе, средством таким повергнем сына Ганги —так я мыслю. Других великих лучников [врага] я отброшу [моими] стрелами, Шикхандин же, лучший из сражающихся, приблизится [тогда] к Бхишме. Ты [сам] слышал от предводителя куру, что не станет он убивать Шикхандина, ибо девою тот родился в прошлом, [только] потом превратился в мужчину.

Санджая сказал:

На том и порешив, Пандавы вместе с Мадхавой взошли, мужи-быки, каждый на свое ложе. *

Глава 104

Дхритараштра сказал:

Как напал на сына Ганги Шикхандин на поле брани и как Пандавы на Бхишму [напали], о том расскажи мне, о Санджая.

Санджая сказал:

Затем на ясной заре перед восходом солнца под бой множества барабанов и литавр, под звуки трубящих со всех сторон беломолочных раковин пошли пандавы в бой, выставив Шикхандина впереди, о великий царь, строй развернув, для любого врага сокрушительный. Шикхандин был впереди всех войск, о владыка народов. Колеса его тогда [по бокам] охраняли Бхимасена и Завоеватель богатств, с тыла —сыны Драупади и мужественный сын Субхадры, Сатьяки и Чекитана, великий воитель, их прикрывавший, далее сзади — Дхриштадьюмна, поддерживаемый панчалами, затем царь Юдхиштхира с обоими близнецами, о властитель, львиный рык издавая, выступали, о бык среди

бхаратов. Далее же следом —Вирата в окружении своего войска, а еще сзади, о великий царь, поспешал Друпада. Пятеро братьев Кекаев и мужественный Дхриштакету тыл [всего] войска панду охраняли, о Бхарата. Так великое войско построив, на твою рать устремились Пандавы в бой, жизнью своей не дорожа.

Так же и куру, о царь, Бхишму великомощного впереди всех войск выставив, пошли на пандавов. [Бхишму] поддерживали сыновья твои трудноодолимые, великомощные весьма, далее —Дрона, великий " лучник, и его сын, великий воитель, следом —Бхагадатта в окружении слоновьего полчища, Крипа и Критаварман, оба Бхагадатте преданные, еще следом могучий царь Камбоджи Судакшина и Джаятсена Магадхийский и сын Субалы с громадной силою, а другие цари, великие лучники, во главе с Сушарманом охраняли тыл твоего войска, о Бхарата. При наступлении каждого дня Бхишма, сын Шантану, устанавливал [какой-либо] строй на поле боя —Асурский, или Пишачей строй, или Ракшасов. И началась тогда битва, о Бхарата, твоих и тех, разящих [взаимно] друг друга, о царь, умножающая владения Ямы. Сыны Притхи с Арджуной во главе, выставив вперед Шикхандина, устремились в бою на Бхишму, сея стрелы всяких видов. Тогда, о Бхарата, твои [воины], стрелами Бхимы уязвляемые, потоками крови обливаясь, уходили в иной мир. Накула и Сахадева и великий

воитель Сатьяки, на войско твое обрушившись, его весьма уязвляли. И, в сражении истребляемые, не могли твои противостоять великому войску Пандавов. И затем войско твоих, истребляемое отовсюду, бежало врассыпную, о царь, гонимое великими воителями. И ни*в ком не находили спасения твои [воины], о бык среди бхаратов, истребляемые острыми стрелами Пандавов и сринджаев.

Дхритараштра сказал:

Видя, как уязвляют [наше] войско сыны Притхи, что сделал доблестный Бхишма, гневный, на поле боя, о том расскажи мне, о Санджая. Или как, сойдясь с пандавами в битве, сокрушал храбрых Сомаков он, врагов истребитель, о том расскажи мне, о Санджая.

Санджая сказал:

Я расскажу тебе, о великий царь, что свершил дед, когда уязвляли войско твоего сына Пандавы со сринджаями. Пандавы, герои, душою ликующие, устремились на рать сына твоего, ее сокрушая, о старший брат Панду. Не потерпел тогда Бхишма той погибели мужей, слонов и коней, о людей властитель, истребления войска врагами в бою. На Пандавов и панчалов со сринджаями ринулся великий лучник неодолимый, жизни своей не щадя. Пятерых главных среди Пандавов, великих воителей, о царь, вооружившихся, к бою изготовившихся, остановил он стрелами —тяжелыми, [в форме] телячьих зубов и острыми анджаликами227. Гневный, он убил в сражении безмерно много слонов и коней, о царь, и колесничных воинов, о муж-бык, поверг с колесниц, всадников со спин коней, на слонах сидящих со слонов, как и сошедшихся пехотинцев, ужас во врагов вселяя. На Бхишму, великого воителя, одного, на бранном поле поспешающего, набросились пандавы, как асуры на Держателя ваджры. Он же, пускающий острые стрелы, ударом равные оружию грома Шакры, предстал, со всех сторон зримый в страшном обличье, которое он принял. И зрим был вращающийся непрестанно по кругу лук его, на бранном поле сражаю-

щегося, великий, луку Шакры подобный. Видя подвиги его в бою, о владыка народов, преисполнились величайшего удивления твои сыновья и воздали почести деду. А сыны Притхи в отчаянье взирали на твоего отца, сражающегося на поле брани героя, как бессмертные на Випрачитти, и не могли противостоять ему, словно [самому] богу смерти с разверстою пастью. При наступлении десятого дня он испепелял острыми стрелами рать Шикхандина, как лес [огонь], чей черен путь228, [испепеляет]. Его, гневного, ядовитому змию подобного, как бога смерти, Временем посланного, тремя стрелами в грудь поразил Шикхандин. Бхишма, очень сильно им пораженный, увидев, что это Шикхандин, разгневанный, не захотел, однако, [с ним сражаться] и так молвил, усмехаясь: ≪ Будешь ли ты разить или нет, ни за что не стану я с тобой сражаться,. Ибо как Творец тебя создал, так и [остался] ты Шикхандини≫. Выслушав эти слова его, Шикхандин, вне себя от

гнева, сказал Бхишме на поле боя, облизывая губы: ≪ Я знаю тебя, кшатриев истребителя, о мощнорукий! Слышал я о схватке твоей с сыном Джамадагни, слышал и о том, что [обладаешь] ты божественной силой. Но и зная о силе твоей, я буду с тобой сражаться! В угоду Пандавам и ради себя самого, о высший муж, я буду сражаться сегодня с тобою на поле брани, о лучший из людей! И непременно я убью тебя, воистину клятву в том даю пред тобою! Вняв речи этой, что подобающим мне [полагаешь], то и делай. Будешь ли ты разить или нет, живым ты не уйдешь от меня! Посмотри хорошенько, о Бхишма, на этот мир [в последний раз], о победоносный в боях! ≫ Сказав это, пятью стрелами, крепко слаженными, пронзил он тогда в бою Бхишму, о царь, речами-стрелами [уже] уязвленного. А Савьясачин, его слова

услышав, подумал: ≪ Настало время≫, —и повелел Шикхандину: ≪ Я последую за тобой, врагов разгоняя стрелами, ты же устремись, неистовый, на Бхишму, грозного [своей] мощью! Ведь не может он, великомощный, причинить тебе муки в битве, потому сегодня, о мощнорукий герой, напади на Бхишму! Если вернешься ты, о достойный, не убив Бхишму в бою, весь мир будет над тобою смеяться и надо мною. Постарайся, о герой, чтобы в великой [этой] битве не стали смеяться над нами, одолей в бою деда! Я буду прикрывать тебя в битве, о каратель врагов, отражая всех колесничных бойцов, [только] одолей деда! Дрону, и сына Дроны, и Крипу, а также Суйодхану, Читрасену

и Викарну и Джаядратху Синдхийского, Винду с Анувиндою, обоих Авантийцев, и Судакшину Камбоджийского, также Бхагадатту, героя, и Магадхийца, великого воителя, и храброго в бою сьша Сомадатты, и ракшаса, сьша Ришьяшринги, и царя тригартов вместе со всеми [другими] великими воителями я отражу, как берег моря, обители макар, [прилив отражает]. Всех подступивших [сюда] куру и воинов их, какие [здесь] есть, я отброшу, [но ты] одолей деда! ≫


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.013 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал