Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Клуб инвестирует деньги






 

Наконец наступил срок нашей следующей встречи в " ведьминой избушке" госпожи Трумпф. Мы с нетерпением ждали, когда можно будет вкладывать деньги.

Старушка все подготовила: и наши места, и свечи. Когда мы сели за стол, госпожа Трумпф торжественно открыла заседание:

— Дорогие денежные чародеи, сегодня у нас большой день. Мы в первый раз инвестируем наши деньги. Мы сидели неподвижно. Все молчали.

— Десять тысяч евро — большие деньги, — вновь зазвучал хрипловатый голос госпожи Трумпф. — Поэтому очень важно, чтобы мы действовали разумно. Я хочу внести новое предложение. Но с одним условием: мы лишь в том случае инвестируем наши деньги, если все согласятся с моим предложением.

— Я согласна со всем, — быстро сказала Моника.

— Увидим, — ответила госпожа Трумпф. — Сначала я хочу познакомить вас с одним видом вложения денег, который даст вам возможность приобрести долю собственности в тех фирмах, которые вам нравятся.

— Давайте купим акции всех этих фирм, — предложил Марсель. — Если сложить все наши деньги вместе, то хватит.

— Вы помните, я обещала показать вам более легкий путь, — снова заговорила госпожа Трумпф. — Этот путь называется фондами.

— Фондами? — удивилась Моника.

— Да-да, именно фондами. Я подготовила для вас листок, где записала самое важное.

Я прочитала написанное вслух:

 

" Фонд как большой котел, куда вкладчики помещают свои деньги, потому что им не хватает времени, знаний или желания самим заниматься покупкой акций. Деньги из этого котла инвестируются в акции, и это делают профессионалы, так называемые фондовые менеджеры. Все это очень тщательно проверяется государством, и фондовые менеджеры обязаны придерживаться определенных правил. Например, они должны купить не менее двадцати различных акций".

 

— А почему? — прервала меня Моника.

— Потому, что у одной фирмы дела могут пойти плохо, — объяснила госпожа Трумпф. — Предположим, у тебя есть тысяча евро, на которую ты купила двадцать акций, по пятьдесят евро каждая. Если акции подешевеют на сорок процентов, ты сможешь продать их не по пятьдесят, а только по тридцать евро. Если ты их все-таки продашь, то получишь только шестьсот евро.

— Глупо получается, — прокомментировал Марсель.

— Именно поэтому фондовые менеджеры должны купить акции не менее чем двадцати различных фирм. Продолжим наш пример с тысячей евро. Если теперь одна акция подешевеет на сорок процентов, а остальные останутся на прежнем уровне, мы все-таки получим девятьсот восемьдесят евро.

— Тогда мы из нашей тысячи потеряем только два процента, — быстро прикинул в уме Марсель.

— Да, ты все правильно понял, — похвалила его госпожа Трумпф. — В действительности курс одних акций снижается, других — растет, а курс третьих остается прежним. Но в целом преобладают акции, курс которых растет, потому что фондовые менеджеры неплохо разбираются в своем деле.

— А что, если курсы всех акций упадут? — испугалась я.

— В таком случае продавать свои акции нельзя, — сказала старушка. — Ты помнишь, что мы говорили об акциях в прошлый раз? Ты теряешь деньги, только если действительно продаешь акции в такой момент.

— Значит, мы можем внести в фонд только те деньги, которые нам не скоро понадобятся, — вслух подумал Марсель.

— Совершенно верно, — обрадовалась госпожа Трумпф его догадливости. — Мы собираемся вложить деньги в фонд, потому что намереваемся держать их там от пяти до десяти лет. У кого есть в запасе столько времени, для того фонд — это вложение с практически нулевым риском.

— Понятно, ведь большая часть акций за такой срок принесет хорошую прибыль.

До сих пор Моника была необычайно спокойной. Но теперь она заволновалась:

— А что, если фондовый менеджер сбежит с нашими деньгами?

— Этого он не сможет сделать, потому что сам он наших денег не получает, — ответила госпожа Трумпф. — Деньги кладутся сразу в банк-депозитарий, или, иначе говоря, банк-хранилище, который ими и ведает. Это абсолютно надежно. Больше вопросов не было, и я продолжила чтение:

 

" Фонды отвечают всем необходимым условиям инвестиций. И они устроены так, что очень подходят детям и подросткам. Если вложенные туда деньги удастся не трогать пять-десять лет, то фонды абсолютно надежны. И они приносят хорошие прибыли".

 

— Хорошие прибыли — это сколько? — спросил Марсель.

— В среднем это двенадцать процентов в год, — ответила наша наставница. — Есть множество преуспевающих фондов, которые добиваются такой прибыли много лет подряд.

— Сколько это — двенадцать процентов? — спросила Моника.

— Вдвое больше, чем шесть процентов, — наставительно произнес Марсель.

— Это не совсем так. В конечном счете разница существенно больше, — возразила госпожа Трумпф. — Но сначала я хочу привести вам пример, как будут расти наши деньги при двенадцати процентах прибыли. За двадцать лет наши десять тысяч евро вырастут почти в десять раз. Получится сто тысяч.

— Ух, ты! — вырвалось у Марселя.

— Да, это была бы жирненькая курочка, — обрадовалась я. Надо сказать, что сказка про золотую курицу стала мне за последнее время очень близка.

— И, кроме того, каждый из нас будет откладывать еще по сто двадцать пять евро в месяц. Вместе это пятьсот евро. Если и на эти деньги мы будем получать проценты, то через двадцать лет получим четыреста тридцать пять тысяч евро.

Мы сидели молча, как громом пораженные. Это было такое множество денег, которое никто из нас не мог даже толком осознать.

— Тогда мы сможем называться " Денежные чародеи — миллионеры", — наконец произнесла Моника.

— Каждому из вас тогда хватит денег на покупку небольшой квартиры или на первый взнос за собственный дом. А ведь вам еще не будет и тридцати пяти лет, — радовалась за нас госпожа Трумпф. — А если вы решите вложить деньги еще на десять лет, то они превратятся в полтора миллиона.

У меня закружилась голова. Такая прорва денег. Конечно, они принадлежат всем нам вместе. Но все-таки доля каждого через двадцать лет составит сто-тридцать пять тысяч евро, а через тридцать лет — целых четыреста тысяч. Здорово! И как удачно выбрали мы название для нашего клуба. Мы и в самом деле денежные чародеи.

Все смотрели на меня. Я спохватилась: совсем забыла от радости, что должна читать дальше. Я покраснела и взяла со стола листок.

 

" Фонды исполняют и третий критерий вложения денег. С ними очень просто иметь дело. Почти так же просто, как владеть обычным счетом в банке".

 

В этом деле у меня уже был опыт. Завести свой счет действительно очень просто.

Госпожа Трумпф посмотрела на каждого из нас:

— Как отнеслись бы вы к тому, чтобы мы вложили наши деньги в такой фонд?

Моника согласилась сразу же. К нашему удивлению, она хорошо поняла все преимущества такого способа:

— Там наши деньги будут в безопасности, принесут нам за двадцать лет больше полумиллиона прибыли, и со всем этим так же легко управиться, как с обычным банковским счетом.

Я, конечно, тоже была согласна. А Марсель все еще медлил:

— Такой способ вложения подходит нам больше всего, но откуда мы знаем, какие фонды надо выбирать? Ведь есть, наверное, разные фонды, как и разные акции.

— Ты прав. Существуют тысячи фондов, — согласилась госпожа Трумпф. — Но если мы посмотрим на них внимательнее, то окажется, что выбор не так-то велик. Я подготовила для вас листок, на котором записала, каким требованиям должен отвечать самый подходящий для нас фонд.

Она посмотрела на меня. Я открыла следующую страницу и начала читать:

 

" На что нам следует обращать внимание при выборе хорошего инвестиционного фонда.

1. Фонд должен существовать не менее десяти лет. Если за эти годы он приносил хорошие прибыли, то можно предполагать, что так будет и дальше.

2. Это должен быть большой международный акционерный фонд. Такие фонды покупают акции по всему миру. Этим они снижают степень риска, распределяя его.

3. Печатаются специальные списки, в которых сравниваются различные фонды. Нужно посмотреть, какие из них за последние десять лет были лучшими".

 

Мы молчали, размышляя о том, на что следует обращать внимание.

Марсель морщил лоб, как делал всегда, когда напряженно думал:

— А где мы найдем такие списки? И откуда мы узнаем, какие фонды большие и международные?

— Мы узнаем это, — таинственно сказала Моника, — открыв следующую страницу. — Сама она уже успела это сделать.

И в самом деле, госпожа Трумпф подготовила для нас такие списки. Мы старательно проштудировали их. Найти лучшие фонды оказалось совсем легко. Просто одни давали намного больше прибылей, чем другие.

— Что значит слово " нестабильность" в последней колонке? — спросила Моника.

— Это колебания. Чем больше колеблются курсы, тем выше показатель в этой колонке. Так вкладчик может узнать, сколько ему понадобится нервов. Чем сильнее колебания, тем больше он нервничает. Курс может внезапно резко подняться, а через несколько дней так же внезапно и сильно снизиться.

— Значит, можно сказать, что, чем меньше нестабильность, тем ниже риск? — заключил Марсель.

— В определенной степени это так, — согласилась госпожа Трумпф. — Во всяком случае, высокая стабильность в любом случае придает вкладчику большую уверенность. А прибыли растут равномернее.

— А почему это не назвать просто колебаниями? Почему такое сложное название? — проворчала Моника.

— Финансисты — это очень странный народ, — засмеялась госпожа Трумпф. — Наверное, они кажутся себе более важными, когда пользуются словами, которых никто, кроме них, не понимает. Одно только жаль: из-за этого многие люди уверены, что и не смогут ничего понять во вложении денег. А непонятному люди не доверяют, хотя на самом деле вкладывать деньги очень просто.

Мы прочитали, какие прибыли давали разные фонды, насколько устойчиво и стабильно они развивались. Но этого нам было недостаточно.

— Но чтобы быть уверенными, нам надо знать, какие из этих фондов действительно велики и какие из них покупают акции по всему миру.

Моника вновь не выдержала:

— Нужно открыть следующую.

— Умничка, — прервала я ее и быстро перевернула следующую страницу. И в самом деле, госпожа Трумпф подготовила нам список из двадцати фондов, указав и их величину, и прибыли за последние десять лет и за три года. Там было указано и то, где фонды покупают акции, и даже то, акций каких фирм они купили больше всего.

— Так-так-так, — раздался голос Марселя. — Тут есть один большой фонд. Если судить по его описанию, он создан специально для детей. Посмотрите только, акции каких фирм он покупает: " Кока-кола", " Мак-Дональде", " Дисней".

— И он очень большой, — сказала Моника.

— И в последние годы он приносил сверхприбыли, — добавила я, — пятнадцать с половиной процентов в год.

Мы были единодушны в решении, что этот фонд подходит нам больше всего.

— Я тоже остановилась именно на этом фонде, — довольно улыбалась госпожа Трумпф. — То, что мы пришли к одинаковому результату, чудесно. — Она пытливо посмотрела на нас. — А вы представляете, что значит, если мы будем получать прибыль больше пятнадцати процентов в год? Мы пожали плечами.

— Есть одна очень простая формула. Если ее запомнить, то можно не пользоваться никакими сложными таблицами. Нужно просто разделить семьдесят два на тот процент, который вы получаете в год. Результат — это количество лет, за которые деньги удвоятся.

— А? — не поняла Моника.

— Раздели семьдесят два на двенадцать, — сказала госпожа Трумпф. — Сколько получится?

— Шесть, — мгновенно ответил Марсель.

— Правильно! Это значит, что через шесть лет твои деньги удвоятся, если ты будешь получать двенадцать процентов. Марсель задумчиво сказал:

— Если я хочу знать, как это выглядит при пятнадцати процентах в год, я должен семьдесят два разделить на пятнадцать. Получится: что-то около пяти лет.

— Скажем проще: твои деньги удвоятся за пять лет, если вложить их под пятнадцать процентов годовых, — ответила госпожа Трумпф. — Значит, если мы и в будущем будем получать тот же процент, то наши десять тысяч евро через пять лет превратятся в двадцать тысяч. Через десять лет это будет сорок тысяч, через пятнадцать лет — восемьдесят тысяч, а через двадцать лет — сто шестьдесят тысяч евро.

— Это гораздо больше, чем получалось, когда мы говорили о двенадцати процентах в год, — обрадовалась я.

— И для этого мы должны только положить наши деньги в фонд и не трогать их. Гениально! — Моника была в восторге.

Остальное было уже совсем просто. Мы заполнили формуляр, поставили на нем наши подписи и отправили по нужному адресу. Через несколько дней из фонда пришел ответ, в котором говорилось, что для нас открыт счет, и сообщался его номер. На этот счет мы и перевели наши десять тысяч евро.

Те пятьсот евро, которые мы договорились откладывать ежемесячно, можно было вкладывать в тот же фонд. Но госпожа Трумпф убедила нас, что лучше подобрать еще один фонд. Так мы распределим, а значит, снизим риск.

В последнее время я многое смогла записать в журнал успеха. Мое выступление и то, что я вообще на него решилась. Комплименты. Мой доход, который еще вырос. Мои первые инвестиции вместе с денежными чародеями…

Больше не приходилось мучительно задумываться над страницей. Похоже, чем больше я делаю записей в журнале, тем чаще достигаю успехов. Это должно быть связано с тем, что я все больше верю в себя.

С Мани нам давно уже не приходилось поговорить. Но теперь мне это уже не было так необходимо. Достаточно было играть с ним и гулять вместе. Я очень любила, когда он был рядом со мной. Даже когда я делала домашние задания, он ложился у моих ног и подолгу, не отрываясь, смотрел на меня. Потом он засыпал, и тогда от него исходило ощущение покоя.

 


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.012 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал