Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава 10. Гибель Белого принца и исчезновение Владыки заставили отступить уцелевшие отряды тёмных рыцарей






Гибель Белого принца и исчезновение Владыки заставили отступить уцелевшие отряды тёмных рыцарей. Хотя трудно было назвать отступлением позорное бегство с поля боя. Лишившись сразу двух лидеров, вражеские воины даже не пытались защищать свои позиции, стремясь скрыться в ближайшем лесу. Армия Айзена была уничтожена. Те, кому удалось уйти от погони, были лишь жалкой крохой некогда огромного войска.

Почти сутки солдаты выносили с места сражения раненых и погибших. На рассвете перегруженные обозы в сопровождении немногочисленных отрядов двинулись в сторону Такаоки.
Джаггерджек предложил Ичиго пойти вместе с ними. Необходимо было разместить раненых в городе и восстановить силы. Через три-четыре дня Гриммджо планировал отправиться в Каракуру, чтобы укрепить там свои позиции и привести дополнительные отряды для обороны. Теперь, когда Соуске исчез, нужно было основательно подготовиться к его следующему появлению. Обустроить разрушенные города и посёлки, заключить союзы с соседними поселениями и заручиться поддержкой тех, кто до сей поры оставался в стороне или примкнул под страхом расправы к армии Владыки.
Поначалу Ичиго воспротивился этому предложению, каждый новый день, проведённый в неведении о судьбах девочек, становился просто невыносимым, но потом всё же уступил. Ведь он проделал такой длинный путь, и ещё несколько дней ничего не изменят. К тому же идти обратно предстояло через предместья Кшерта, а с помощью Джаггерджека найти Карин и Юзу будет значительно проще. И самое главное, то, что Куросаки больше не скрывал от самого себя – ему очень хотелось провести с Гриммджо как можно больше времени. Конечно же, вернуться вместе с ним в Каракуру было пределом мечтаний для Ичиго.

Все те дни, что они пробыли в Такаоке, Куросаки почти не видел ни Джаггерджека, ни Абараи. За время их отсутствия накопилось немало дел и вопросов, требующих немедленного решения. Город не подвергся нападению армии Айзена, но его предместья и несколько близлежащих деревень нуждались в восстановлении. Неподалёку от главных ворот был разбит лагерь, лекари разворачивали палатки, чтобы как можно быстрее помочь раненым, со складов спешили повозки с провизией.
Ичиго поселили в небольшой комнатке ближайшего постоялого двора, после осмотра и перевязки лекарь строго-настрого запретил ему напрягать руку и велел отдыхать. Если бы только Хисаги был жив… От этой раны уже не осталось бы и следа, и можно было бы предложить свою помощь в кузнице – сейчас она точно не была лишней. Чувствовать себя больным и бесполезным просто отвратительно, но ничего другого не оставалось. Выпив предложенный отвар, Ичиго почувствовал, как его клонит в сон. Усталость брала своё, напряжение последних, самых непростых дней в его жизни отступало.

На следующий день Куросаки долго бродил возле лагеря, надеясь, что кто-нибудь из капитанов появится, но, так и не дождавшись, отправился в город. Всё равно сейчас от него никакого толку, всем необходимым солдат обеспечили жители Такаоки. А мешаться под ногами в столь ответственный момент не хотелось совершенно, пора избавляться от приклеенного Джаггерджеком ярлыка ходячего носителя проблем. Ичиго усмехнулся, ему ведь в конце концов удалось доказать невыносимому хаму, что от его присутствия могут быть не только сплошные неприятности. До сих пор он видел перед глазами того долговязого воина, занёсшего секиру над головой Гриммджо, до дрожи пробирало, когда представлял, что мог не успеть. Отмахнувшись от неприятных воспоминаний, Куросаки уверенно зашагал к воротам. Если ему предстоит провести здесь несколько дней, почему бы не посмотреть, как живут люди в другом городе. За свою жизнь он не был нигде, кроме родной Каракуры, пора было исправлять данное упущение.

Во многом Такаока походила на Каракуру, только город был более зелёным. Здешние жители сажали деревья не только в своих садах, но и снаружи, прямо возле дороги. Улицы были значительно шире, повозки не загораживали проход, прохожие не толпились, пытаясь разойтись друг с другом в узком переулке. Дома были почти такими же, возможно чуть выше и с большим количеством окон. Словно говорили о том, что прятаться не от кого, да и скрываться смысла нет. Ичиго попытался представить себе дом Джаггерджека. Интересно, у него ведь есть собственное жилище, или он постоянно находится в армейских казармах? Не может быть. Всё равно, даже у такого прожжённого вояки должен быть свой маленький уголок. Место, в котором можно отгородится от дел служебных, сохранить хотя бы толику простого человеческого тепла и уюта, необходимых абсолютно всем, в том числе и невозможному ледяному капитану. Как ни старался Ичиго, представить себе жилище Гриммджо он не смог. Никак этот необузданный воин не вязался даже с мимолётной жизнью простого человека. Может быть, когда-нибудь ему и удастся прикоснуться к столь сокровенному и увидеть дом, в котором Джаггерджек, возможно, провёл своё детство. Отмахнувшись от завладевших им мыслей, Куросаки снова сосредоточился на осмотре большого красивого города, каким без сомнения являлась Такаока. Очень многое кардинально отличалось от похожей Каракуры и было не в пример лучше.

Больше всего Ичиго поразила главная площадь. В его родном городе её называли Вершиной… В самом центре находился эшафот, место, где карали неугодных и расправлялись с непослушными, в назидание остальным устраивая публичные пытки и казнь. Как правило, в таких случаях народ насильно сгоняли в центр города, к Вершине, чтобы преподать очередной урок посмевшим мыслить и поступать иначе, нежели гласили указы Владыки.
Куросаки снова на мгновение окунулся в водоворот безумных, страшных воспоминаний, когда сам был отдан на растерзание палачу. И спасло его в тот момент чудо. Самое настоящее чудо! Как же ещё можно было назвать появление рыцарей Свободного ордена. С той поры весь его мир перевернулся с ног на голову, заставляя поверить в собственные силы и понять, что жить можно не только пресмыкаясь и прогибаясь под бессменного лидера, навязывающего свою волю кнутом и обещаниями расправы за малейшую провинность. Ичиго чувствовал, что стал другим и готов жить по другим правилам и законам.

Здесь, в Такаоке, в самой середине главной площади не было ничего подобного деревянному помосту, к которому шли в последний путь неугодные и провинившиеся жители Каракуры. Вместо него на радость простым людям освежающей прохладой манил к себе большой пруд. Даже не совсем пруд, никогда раньше Куросаки не видел ничего подобного. Широкий бассейн круглой формы, выложенный светлым камнем, занимал не меньше пятой части всей площади. В самом центре возвышалась гора из таких же камней, только разноцветных, ярких, будто выкрашенных в различные цвета. По камням с самого верха струились сверкающие прозрачные ручейки воды, словно обволакивая и завораживая мягким журчанием, приковывая взгляд к нехитрому, но безумно притягательному действу.
Подойдя ближе, Ичиго с удовольствием вдохнул свежий прохладный воздух и с интересом заглянул внутрь диковинного пруда. Там, среди толщ прозрачной воды, маленькими вихрями кружащейся возле каменной горки, медленно, словно красуясь, плавали рыбы. Разные, большие и маленькие, ярко-красные и серо-зелёные. Зрелище надолго заставило Куросаки замереть. Такой красоты ему ещё никогда не приходилось видеть.

Откуда-то со стороны потянуло аппетитным ароматом свежей выпечки. Ичиго, с трудом оторвавшись от великолепного зрелища, заозирался по сторонам. Оказывается, напротив пруда располагалась пекарня. Не такая, как в Каракуре, здесь хлеб и прочую выпечку продавали снаружи, разложив ароматные, горячие изделия прямо на столах, вынесенных на улицу. Каждый прохожий мог порадовать себя вкуснейшей сдобой, только что вышедшей из печи, и отведать лучшего в городе хлеба.
Куросаки не выдержал и, отвлёкшись от созерцания прекрасных рыб, подошёл к хлебной лавке. Пряные сдобные лепёшки были неимоверно вкусными. Купив три штуки, Ичиго снова расположился возле необычного пруда и принялся с аппетитом жевать свежую сдобу, наблюдая за обитателями маленького мира.

Последующие два дня он также приходил на главную площадь. Гогочущая ребятня не смолкая кружилась рядом, выпрашивая у булочника остатки сладких крошек, которые он с усмешкой высыпал им в подставленные ладони. Всё такое душевное, настоящее, мирное. Куросаки даже представить себе не мог, что такое может быть в жизни. Глядя на лучащихся радостью детей, в сотый раз пробегающих мимо, на людей, снующих по своим делам в разные стороны, Ичиго пытался представить подобную жизнь в Каракуре. Может быть, теперь, когда городом больше не будет править бездушный Владыка, когда Кенпачи восстановит его и… У Каракуры будет шанс стать похожей на Такаоку.

На четвёртый день, рано утром, Ичиго сквозь сон услышал тихие шаги возле своей кровати. Приоткрыв глаза, парень увидел Гриммджо, который всего на секунду замер возле постели, глядя на него, и сел рядом, заставляя кровать сильнее прогнуться под тяжестью тела. Тёплые ладони мягко заскользили по спине, слегка пощекотали рёбра и едва заметно стиснули ягодицы. Потом резкий, болезненный шлепок моментально вырвал из сладкой неги, и Куросаки подпрыгнул на постели словно ошпаренный, с негодованием глядя в лицо своего мучителя.
- Поднимайся, спящая красавица! Пора собираться, через два часа выдвигаемся, – Джаггерджек совершенно спокойно смотрел на пышущего злобой Куросаки, который спросонья пытался сообразить, что к чему. – К вечеру доберёмся до Кшерта, так что поторопись, пока без тебя не ушли, рыжее недоразумение, – Гриммджо, не считая нужным что-то объяснить или рассказать, вышел из комнаты, оставив Ичиго метаться из угла в угол, впопыхах собирая свои вещи.

Не успел он подойти к лагерю, как его окликнул Ренджи, стоящий возле главных ворот вместе с командирами союзных отрядов.
- Ну как, отдохнул немного? – Абараи пристально смотрел на насупившегося Куросаки, не знавшего, куда себя деть во всеобщей кутерьме. - Теперь поедешь сам, лошадь тебе уже приготовили. Пойдём, провожу тебя.

Дорога до Кшерта занимала не больше шести часов. С ними в этот раз не было пеших воинов, и отряды продвигались гораздо быстрее, но Ичиго всё равно казалось, что они едут слишком медленно. Всадники могли бы ускориться, да и обозы, плетущиеся позади, могли бы прибавить ходу. Понимая, что его недовольство не что иное, как безумное желание скорее добраться до нужного города и найти сестёр, Куросаки всеми силами старался отвлечься и представить себе встречу с девочками. О том, что Карин и Юзу может не оказаться в Кшерте, или не дай бог с ними что-то случилось, Ичиго запретил себе думать. Как только впереди показались городские стены, он инстинктивно подстегнул коня, поравнявшись с первыми рядами.

- Не торопись, уже пришли, – Абараи ободряюще подмигнул, видя нетерпение парня. – Пойдёшь с нами к градоначальнику, он подскажет, где расположились переселенцы. Не думаю, что возникнут какие-то сложности, так что выше нос!

Недалеко от городских ворот объявили привал. Воины стали спешиваться, потянулись к обозам за провиантом и водой, а Ичиго вместе с Гриммджо и Ренджи отправился к правителю Кшерта. Возле высокого здания с прилегающим широким двором, огороженным резным забором, Джаггерджек попросил его подождать их возвращения. Стражники послушно распахнули ворота, впуская капитанов внутрь, а Куросаки остался маяться мучительной неизвестностью, считая минуты с момента их ухода. Ему казалось, что время просто остановилось, а эти двое решили остаться в доме градоначальника, вообще забыв, зачем сюда пришли. Вконец измученный ожиданием, под пристальными взглядами стражников, Ичиго с неимоверным облегчением увидел выходящих во двор Джаггерджека и Абараи. Следом за ними шёл невысокий полный мужчина, за которым семенил слуга, то и дело услужливо протягивая какие-то бумаги. Перед самыми воротами капитаны распрощались с ним и вернулись к нетерпеливо переступающему с ноги на ногу Куросаки.

- Всё, не дёргайся. Сейчас вместе с Ренджи пойдёшь туда, где расположились переселенцы, и найдёшь своих сестёр. А мне нужно ещё кое с кем встретиться до отправки. Я так полагаю, вместе с нами в Каракуру захотят вернуться и другие жители, надо договориться о дополнительных телегах, – Гриммджо быстрым шагом пошёл вверх по главной улице, на которой и располагалось имение градоначальника.

- Ну что, пойдём? Нам туда, – Абараи махнул рукой в противоположную сторону.
От волнения Ичиго словно потерял дар речи, он просто молча шёл следом за Ренджи, стараясь не отставать ни на шаг.
- Эй, ну ты чего? Всё будет хорошо, – пламенный капитан улыбнулся, как не улыбался уже давно, с момента гибели Шухея, и похлопал Куросаки по плечу.
- Я знаю… Спасибо… Спасибо вам за то, что помогаете, – голос предательски срывался, язык будто задеревенел, а слова застревали в горле. – Один бы я долго…
- А ну отставить! – Ренджи остановился и встряхнул Ичиго за плечи, заставляя посмотреть на себя. – Где тот дерзкий взгляд, полный решимости и силы? Быстро собрался и настроился на встречу с девочками! Пойдём, волокита с гражданскими наверняка затянется до самого вечера, успеть бы выдвинуться до темноты.
- Вы возьмёте с собой всех, кто захочет вернуться? – Куросаки двинулся следом за спешащим капитаном.
- Конечно. Жителям Каракуры нужно вернуться к себе домой. Надеюсь и остальные, ушедшие в другие города и сёла, захотят это сделать. Городу нужны рабочие руки, чтобы снова ожить после стольких лет гнёта Айзена и разрушений от нашего вторжения.
- Спасибо, – всё, что снова смог выдавить из себя Ичиго.
- Прекрати благодарить за то, что должно быть сделано в любом случае. Лучше прибавь шагу, вон и бараки с переселенцами, – Абараи кивнул в сторону больших деревянных домов, напоминающих амбары, которые располагались на самой окраине города. – Почти пришли.

Первый попавшийся им пожилой мужчина, вышедший из ближайшего барака, показался Куросаки знакомым. Наверняка кто-то из жителей Каракуры. Ренджи тут же коротко и по существу расспросил его о том, сколько здесь людей, хотят ли они вернуться домой и попросил разузнать, есть ли среди них сёстры Куросаки. Пока капитан разговаривал со стариком, Ичиго нетерпеливо озирался по сторонам, надеясь увидеть девочек. Он толком не разобрал, что мужчина ответил на вопросы, но совершенно ясно услышал произнесённые им имена Юзу и Карин. От страха и волнения сердце забилось чаще, неужели сейчас он, наконец, встретится с семьёй?..
Пожилой человек указал рукой куда-то в сторону самого дальнего здания и заулыбался беззубым ртом.
- Идите к колодцу, женщины сейчас там.
Ичиго кивнул и, не дожидаясь Абараи, почти бегом бросился в указанном направлении.
- Вот это настрой! Даже я за тобой не успеваю! – пламенный капитан подтрунивал над Куросаки, пытаясь не отстать. Наконец-то парень встретит своих сестёр. Они вместе вернутся домой и заживут прежней жизнью. Нет… Прежней жизни уже не будет, будет гораздо лучше. Без этого мерзавца Айзена люди смогут вздохнуть свободно.
Повернув за последний барак, Ичиго резко остановился. Прямо перед ними, возле колодца, собравшиеся женщины наполняли водой кувшины, составляя их ровными рядами на широкие скамьи. Запыхавшийся после быстрой ходьбы Куросаки пытался разглядеть среди них сестёр, пока громкий, радостный крик Юзу не заставил его обернуться.

- Ичиго! Ичиго, это ты! – она остановилась в двух шагах от него и, прижав к груди трясущиеся руки, со слезами на глазах смотрела на брата. - Ты жив! Я знала, я всегда верила, что с тобой всё в порядке. И вот ты пришёл. Ичиго… – Куросаки метнулся к ней и подхватил готовую потерять сознание от переизбытка чувств Юзу на руки. Тут же сзади на него с объятиями налетела Карин, и они все вместе с трудом удержались на ногах. Обычно сдержанная старшая из сестёр шмыгала носом, глаза застилали слёзы радости. Уткнувшись в плечо брата, прижимаясь к нему изо всех сил, она плакала. Ичиго и сам чувствовал, как по щекам стекают прозрачные ручейки, но сейчас это его совершенно не волновало. Он нашёл их, он сумел прийти сюда за своими сёстрами, и он заберёт их обратно домой. Ничего более важного и нужного в данный момент не может быть.
Не переставая обнимать друг друга, без устали повторяя, как же они счастливы снова оказаться вместе, все трое не замечали никого вокруг.

Абараи тихонько позвал Куросаки, прерывая самое замечательное зрелище. Он мог бы стоять и смотреть на воссоединение семьи ещё долго, но обстоятельства требовали торопиться.
- Ичиго, идите к месту стоянки, а я потороплю со сборами тех, кто захочет вернуться с нами в Каракуру.
- Подождите меня здесь, я соберу наши вещи, – Карин, утирая рукавом слёзы, побежала к бараку, где они жили всё это время. Юзу так и стояла, прильнув к брату, боясь отпустить его даже на секунду, словно он мог исчезнуть и оказаться всего лишь видением. Ичиго бережно обнимал сестру, чувствуя себя самым счастливым на свете. Он лишь коротко кивнул в ответ Ренджи и крепче прижал к себе всхлипывающую младшую.

Теперь к войску присоединились ещё несколько дополнительных телег с переселенцами. Сборы прошли на удивление быстро, и ещё засветло всадники и обозы двинулись в путь. Дальняя дорога до Каракуры уже не казалась такой уж длинной, вражеская армия разбита, можно было спокойно идти, не боясь неожиданного нападения. Куросаки ехал рядом с телегой, в которой находились девочки. Многое произошло с момента их расставания, и они без умолку рассказывали друг другу о пережитых испытаниях. Страхи и тревоги отступили, даже предстоящая разлука с Гриммджо теперь не казалась Ичиго чем-то страшным. Он понимал, что должен просто радоваться тому, что в его жизни встретился такой человек, благодаря которому он сейчас живой и невредимый возвращается вместе с сёстрами в родной город, к себе домой. Если бы не он… Если бы не Ренджи и Шухей… В памяти возник образ улыбающегося Хисаги, отзываясь болезненной тяжестью, которая не перестанет напоминать о себе даже через много лет. Все эти люди стали очень важными для Куросаки, и он никогда не забудет их и того, что они для него сделали. Надо радоваться, что всё обернулось именно так. Пройден длинный, сложный путь, который стал переломным в жизни Ичиго, но, несмотря на сложности и преграды, он его преодолел. Столь внезапно вспыхнувшее сильное чувство к ледяному капитану останется теперь с ним навсегда, он был в этом уверен, даже если им суждено расстаться.

Во время первой же стоянки на ночлег Джаггерджек велел Куросаки вместе с девочками занять его палатку.
- Ренджи теперь один, потеснится, – Гриммджо улыбнулся с интересом рассматривающим его Юзу и Карин, стоящих чуть позади Ичиго. – Если что-то понадобится – скажешь.
Это был их единственный разговор за все дни пути. Джаггерджек всегда держался во главе строя, а Куросаки ни на шаг не отходил от телеги, в которой ехали его сёстры. Абараи же, напротив, во время каждой стоянки присоединялся к ним, о чём-то рассказывал и расспрашивал. Казалось, ему нравилось общаться с девочками, или же эти разговоры в какой-то степени помогали забыться хоть ненадолго и не ощущать чрезмерно давящей пустоты, что осталась вместе с ним после смерти любимого. Юзу и Карин были просто в восторге от нового знакомого, яркого и радушного, да к тому же капитана. В какой-то момент Ичиго подумал, что такой же достойный человек, как Абараи, смог бы стать хорошим мужем для каждой из сестёр. Вспомнил, что у Карин уже есть ухажёр и мысленно пообещал себе познакомиться с ним как можно быстрее.

Когда далеко впереди наконец показались стены Каракуры, Ичиго невероятно обрадовался и загрустил одновременно. Время расставания с ледяным капитаном неумолимо приближалось. Даже если они и не общались почти весь обратный путь, ему хватало мимолётных взглядов, которыми удавалось обмениваться с Джаггерджеком изредка, и просто понимания, что он здесь, рядом. Теперь… Теперь он пробудет в городе несколько дней, уладит все свои дела и уйдёт. Исчезнет из его жизни навсегда.
Тряхнув головой, Куросаки постарался вслушаться в слова Юзу, которая, не дождавшись очередного ответа, непонимающе смотрела на вмиг погрустневшего брата.

Возвращение домой… Никто из семьи Куросаки не мог представить более трогательного, серьёзного и самого впечатляющего события в их жизни. С домом всё было в полном порядке. Как только Ичиго с сёстрами подошли к родной калитке, им на встречу вышел Зараки.
- Я знал, что ты вернёшься! У тебя всё получилось, и ты вместе с девочками вернулся домой, – счастью друга отца не было предела. Этот громогласный гигант от всей души радовался возвращению семьи в родной дом. – Вы уж извините, во время вашего отсутствия я взял на себя смелость и поселился в вашем доме по совету твоих друзей из кузницы. Всё в порядке! Ничего не разрушено, ничего из вещей не потеряно, можете устраиваться здесь как прежде. А я подыщу себе другое место жительства.
- Кенпачи, а зачем вам уходить? – крикнул Ичиго уже разворачивающемуся в сторону выхода воину. – У нас много места, тесниться не придётся.
- Да-да! – тут же защебетала Юзу. – Папина комната свободна, вы можете расположиться в ней. Ведь вы его друг и… – девочка осеклась, на миг вспоминая отца. Его близкий друг был для них такой же частью семьи. Поэтому принять его у себя дома было честью для детей Куросаки. - Вы нам не помешаете, честно!
- Правда? – Зараки остановился на полпути к калитке.
- Конечно! Мы будем рады, если вы останетесь у нас, – Ичиго улыбаясь смотрел на неуверенно притормозившего возле входа вояку. – Места хватит всем.

Весь следующий день Куросаки занимался с сёстрами обустройством дома, приводил в порядок сараи, в которых, на удивление, трудами одноглазого солдата остались в целости и сохранности четыре козы и дюжина овец. Если бы не Кенпачи, наверняка имущество разворовали и пришлось начинать с нуля.

Во второй половине дня Ичиго направился в кузницу. Сделав первый шаг в некогда отцовскую обитель, он тут же был заключён в крепкие, просто стальные объятия Чада. Здоровяк ни сказав ни слова со всей силы прижал его к себе, да так, что захрустели кости, и не выпускал до той поры, пока Куросаки жалобно не заскулил в его могучих руках. Стоящий рядом Исида что-то говорил, Ичиго даже не понимал, что, только видел, как под тонкими стёклами предательски блестели глаза его невозмутимого друга.

Море впечатлений, море воспоминаний и разговоров о будущем. Столько всего, разом, от переизбытка ощущений кружилась голова, не давая толком осмыслить происходящее. Ближе к вечеру Ичиго всё-таки освободился от друзей, не отходящих от него ни на шаг, и направился в сторону постоялого двора, в котором расположились капитаны Свободных душ. Он должен был увидеться с Гриммджо во что бы то ни стало. Он очень скоро уйдёт, оставит Каракуру насовсем, но ведь Ичиго может пойти с ним. Эта безумная, шальная мысль закралась в рыжеволосую голову очень давно. Теперь он спокоен, его сёстры здесь, вместе с ними в доме поселился один из самых сильнейших воинов армии Свободных душ, к тому же друг отца, с девочками в любом случае будет всё в порядке, пока он будет отсутствовать. А сколько придётся жить на чужой земле… Да сколько бы ни пришлось, Ичиго был готов на что угодно, лишь бы оказаться рядом с Гриммджо. Осталось только поговорить об этом с самим ледяным капитаном.

Когда Куросаки вошёл в таверну постоялого двора, за столом сидели Абараи, Зараки и Джаггерджек, обсуждая за ужином какие-то свои дела. Ренджи и Кенпачи довольными улыбками поприветствовали парня, лишь Джаггерджек остался по-прежнему молчалив. Уткнувшись в свою тарелку, он не обратил на него никакого внимания.
- Гриммджо, я хотел с тобой поговорить, – Ичиго, осторожно переминаясь с ноги на ногу, стоял напротив широкого стола, ожидая ответа от ледяного капитана.
- Я занят, – нехотя отрываясь от еды, проговорил голубоволосый командир.
- Но я ненадолго, только сказать пару слов и всё! – Куросаки не хотел даже думать о том, что ему придётся уйти, не поговорив с этим ненормальным, намеренно игнорирующим его общество.
- Тебе что, заняться больше нечем, рыжее недоразумение? – недовольно фыркнул Джаггерджек. – Ты вернулся домой, к друзьям, к родным. Чего тебе ещё нужно от меня, человеческое подобие? Или ещё не наигрался во взрослого мальчика?
Все эти слова были сказаны так холодно и грубо, что Ичиго на какое-то мгновение просто растерялся. Неужели он ошибался, и всё, что ему дал почувствовать невыносимый нахал, лишь мечты и пустые надежды? Почему? Почему он так груб сейчас, что плохого он ему сделал?
- Я просто хотел спросить и…
- Отвали, мелкое чудовище! Дай поесть спокойно. Если что-то действительно важное созрело в твоей непутёвой голове, сможешь спросить завтра утром, перед уходом, – Гриммджо намеренно отвернулся и принялся изучать корзинку с хлебом, поставленную напротив.
- Но… – Ичиго никак не ожидал такой реакции. Всё-таки за всё время пути у него сложилось о Джаггерджеке несколько иное мнение. – Хорошо, я пойду... Чёрт с тобой, себялюбивая скотина! Ненавижу! – с этими словами Ичиго выскочил из таверны и не раздумывая зашагал прочь, не видя перед собой дороги и не слыша ничего вокруг.

- Зачем ты так с ним? – Ренджи с укором смотрел на друга. – Мальчишка ведь просто хотел с тобой поговорить.
- Ни к чему это, ты сам прекрасно понимаешь, – Джаггерджек тяжело вздохнул, отодвигая от себя тарелку с оставшейся едой.
- Что ни к чему? Что тебя не устраивает?
- Меня? Меня-то всё устраивает! Вот только для него вряд ли это станет приемлемым, – Гриммджо нетерпеливо опрокинул кружку с квасом, разливая половину по рукам и груди. – Твою мать! Эй! Подай мне ещё квасу, а лучше вина! – злобно прокричал он слуге, что как раз находился в поле его зрения.

- Много шума, а драки всё равно не будет. Пойду я, - Зараки медленно поднялся из-за стола. - Посмотрю, как там в лагере дела.

- Почему ты решаешь за него? Ты ведь даже не спросил его об этом? – не унимался Абараи. – Так нельзя!
- А что бы изменилось? Он, наконец, вернулся домой, нашёл своих сестёр, что может его заставить отказаться от всего этого и отправиться в неизвестность?
- Ты!
На какое-то мгновение Джаггерджек замер, с трудом переваривая слова друга.
- Это всё не всерьёз. Даже если он хочет этого, он не осознаёт по-настоящему, на что собирается пойти.
- Гриммджо… – Ренджи пододвинулся ближе, садясь прямо напротив него. – Я сейчас прекрасно знаю, о чём ты думаешь. Ты думаешь о Шухее.
- Нет! То есть… Да. И о нём тоже! Кто, как не ты, знает, насколько такие отношения сложны и…
- Ты меня не дослушал, – Абараи нахмурился, заставляя друга обратить всё внимание на себя. - Да, мне страшно, плохо и вообще… Я даже слов не могу подобрать достойных, чтобы высказать всю мою боль по поводу его смерти. Но… Я не жалею ни в коем случае ни об одном дне и ни об одной секунде пребывания рядом с ним! Хисаги был лучшим в моей жизни, никто не сумеет сравниться с ним! Никогда и ни за что! Он был! Слышишь, Гриммджо, он был! Он есть, и он будет! Потому, что я так решил, и я так хочу. И именно в твоих силах решить, будешь ты рядом с Куросаки или нет. Если захочешь, сможешь получить всё, гораздо больше, чем тебе самому кажется возможным.
- Я не хочу. Меня вполне устраивает данное положение вещей. Куросаки славный малый, хоть и чересчур назойливый порой, вечно суёт свой нос куда не просят. Его место здесь, рядом с любимыми сёстрами, - в голосе Гриммджо прозвучало что-то сродни лёгкой ревности. - Он никогда не откажется от семьи и работы в тёплой кузнице ради непонятно кого и не потащится за ним на чужую землю.
- Ты просто дурак, Джаггерджек. Полный идиот! - от возмущения Ренджи с грохотом поставил свою кружку на стол и поднялся, гневно сверля взглядом своего друга. - Только такой, как ты, безмозглый, самовлюблённый ублюдок не заметит очевидного! Как ты думаешь, зачем он сегодня приходил сюда, а? Хотел поговорить с тобой, и я даже знаю о чём! Только ты не видишь дальше своего носа и готов из-за собственной глупости отказаться от того, кто стал тебе слишком дорог. Ты боишься, несравненный ледяной капитан! Ты боишься сам себя и собственных чувств, которые упорно прячешь ото всех подальше! Только учти, от самого себя тебе никуда не деться! Потеряешь Ичиго, будешь локти кусать всю оставшуюся жизнь! Человек, предназначенный для тебя судьбой, встречается только раз. Оставишь всё как есть, никогда не поймёшь, что он был именно тем самым, - Абараи чертыхнулся и размашистым шагом направился к выходу. Притормозив возле двери, он не оборачиваясь произнёс последние слова:
- Не думал, что ты такой слабак, Гриммджо. Я разочарован. Но поверь, тебя ждёт куда большее разочарование, если не одумаешься.

Джаггерджек долго сидел за столом, потягивая терпкое вино, прокручивая в голове каждое сказанное Ренджи слово. После пары часов внутренней борьбы с самим собой, он подозвал слугу, чтобы расплатиться за ужин. Ему предстояло ещё кое-что сделать, возможно, самое сложное за всю его непростую солдатскую жизнь.

Ичиго шёл по главной улице, когда его окликнул Абараи.

- Фух, хорошо, что ты не успел далеко уйти, а то я уже собирался искать тебя долго и упорно, - переведя дыхание, Ренджи поравнялся с ним и взял за руку. - Можем поговорить?
- Конечно, - Куросаки непонимающе посмотрел на капитана и позволил увести себя в сторону скамьи.
- Ты наверняка расстроен тем, что Гриммджо сегодня с тобой так обошёлся, наговорил кучу гадостей, и это вполне понятно.
- Ещё бы! Его ледяное высочество чётко и ясно дал понять, что терпеть моё раздражающее присутствие больше не намерен! - Ичиго опустил голову, разглядывая под ногами мелкие камушки. - Я всё время ему только мешал.
- Это не так. Да, выглядит, конечно, именно таким образом, но на самом деле всё совсем по-другому.
- О чём ты, Ренджи? - Куросаки заинтересовано посмотрел на друга. - Что по-другому?
- Джаггерджек вёл себя сегодня как последняя скотина, это да. Но он на самом деле относится к тебе иначе, просто не позволяет сам себе этого показать. Поэтому и грубит, чтобы ты подумал, что ничего не значишь для него.
- Брось, так и есть. Я был для него лишь назойливой обузой, лишней головной болью и занозой в заднице, от которой он сейчас с превеликим удовольствием избавился. Это я, дурак, напридумывал себе того, чего не существует, и поверил, что могу стать действительно близким человеком для него. Он просто не упустил возможности поразвлечься со мной в постели, а я придал этому слишком большое значение. Для меня это всё действительно было важным, но только для меня.
- Нет, Ичиго, я хорошо знаю Гриммджо и могу с уверенностью сказать, что ты для него стал особенным, слишком важным, и он испугался собственных чувств. Из-за этого и огрызается постоянно, оскорбляет тебя почём зря, стараясь оттолкнуть подальше. Он, конечно, грубиян и вообще довольно бесцеремонный в общении, но только с тобой ведёт себя подобным образом.
- Что в очередной раз доказывает, насколько я его раздражаю одним своим видом! О каких чувствах ты говоришь, Ренджи? Да он ненавидит меня, только непонятно, за что!
- За то, что ты заставил его почувствовать тягу к чему-то, кроме бесконечных войн и дальних странствий. Именно ты дал понять Джаггерджеку, что такое настоящая близость, а не просто удовлетворение плоти. Он захотел, чтобы ты всегда был рядом, но не может себе позволить это принять из-за своего дурного характера, из-за боязни стать уязвимым и, в первую очередь, из-за того, что не хочет становиться причиной твоего разрыва с семьёй. Он видит, как ты любишь своих сестёр, и не верит, что ты сможешь отказаться от своей осёдлой, размеренной жизни ради него. Бросить всё и пойти вместе с ним.
- Но я хотел! Я был готов, а он...
- Я ведь правильно понял, сегодня ты собирался поговорить с Гриммджо об этом? - Абараи грустно улыбнулся и приобнял Ичиго за плечи.
- Да, и хорошо, что у меня ничего не получилось. Я наивный болван, придумавший себе сказку и поверивший в неё. Но ничего, Гриммджо успешно развеял мои иллюзии и поставил на место.
- Ты сейчас злишься, поэтому не слышишь, что я тебе говорю. Прошу тебя, послушай и обдумай всё ещё раз, пока есть время. Не буду нагружать тебя бесполезными сейчас фразами и объяснениями, скажу только одно. Джаггерджек не зовёт тебя за собой, и боюсь, никогда не позовёт. Такой уж он человек. Но это не значит, что он отчаянно не хочет, чтобы ты пошёл вместе с ним.
- Ренджи, ты серьёзно так считаешь? - пламенному капитану всё-таки удалось заронить сомнения в душе Куросаки. Не стал бы он так яростно переубеждать его, если бы был не уверен в собственных словах.
- Подумай ещё раз, Ичиго, и прими верное решение. Кто-то из вас двоих должен поступить разумно и не позволить по глупости совершить самую большую ошибку.

Куросаки ничего не ответил. Мысли метались в голове, путаясь и мешаясь воедино. Столько всего произошло, очень сложно было определить, что же на самом деле правда, а что нет.

- Ладно, мне пора. В любом случае буду рад видеть тебя завтра утром в лагере. Хоть попрощаемся по-человечески, если уж... - договорить Абараи не дал какой-то солдат, обратившийся к нему за распоряжениями. - До встречи.

Ичиго бесцельно слонялся по городу. Сказанное Гриммджо в таверне в очередной раз подтверждало, что Куросаки для него ничего не значит. Просто случайный встречный, создающий кучу проблем, с которым можно было поразвлечься в своё удовольствие. А что? Раз уж навязался - почему бы не стребовать плату! Ичиго передёрнуло от собственных мыслей. А он ещё всерьёз решил попросить взять его с собой в Такаоку, думал... Да что, собственно, он думал?! Нарисовал себе то, чего на самом деле не было, и поверил в этот бред, потому что до безумия этого хотел! Хотел быть рядом, готов был снова расстаться с семьёй, и всё из-за кого? Из-за хладнокровного, бесчувственного урода, который не сподобился даже просто выслушать, не говоря уже о большем!
Но слова Ренджи заставляли задуматься о другом. Возможно, пламенный капитан прав, и всё действительно обстоит иначе? Получается, Джаггерджек специально отталкивает его от себя. Боится. Ха! Ледяной капитан боится! Безумие какое-то, этого просто не может быть.
Всё, хватит себя накручивать. Куросаки сжал кулаки и с силой стиснул зубы, пытаясь совладать с клокочущими внутри эмоциями. Завтра Джаггерджек уберётся к чертям собачьим из Каракуры, из его жизни, и всё станет по-прежнему. Не сразу, конечно, но он сумеет пережить это расставание достойно. Он это сделает несмотря ни на что!

Вернулся Ичиго домой уже далеко за полночь. На пороге его встретили встревоженная Юзу и сердито хмурящаяся Карин.
- Где ты мотался столько времени? - старшая из сестёр встала в позу, намереваясь устроить нерадивому братцу взбучку. - Или забыл, что мы здесь и волнуемся? Юзу вон извелась вся, наотрез отказываясь ложиться спать, пока её милый Ичи не нагуляется и не соизволит появиться!
- Ничего я не забыл! Всё в порядке! Просто загулялся по родным улицам и не заметил, как пролетело время. Юзу, Карин, простите меня, я так больше никогда не буду делать.
- Достаточно было просто предупредить, и ходи ты по Каракуре хоть до утра, - старшая была непреклонна.
- Обещаю, что в будущем всегда так и буду делать. Ну, не сердитесь на меня, пожалуйста, - Ичиго улыбнулся и потрепал младшую по волосам. - Всё хорошо, успокойтесь.
- Ичи, пока тебя не было, приходил тот капитан, с ярко-голубыми волосами. Он тебя ждал.
- Что? - Куросаки на мгновение показалось, что он ослышался. Гриммджо был здесь? Он приходил к нему, но зачем? Может быть не к нему, а к Зараки?
- Наверное, он хотел увидеть Кенпачи?
- Да нет, спрашивал именно тебя, - уверенно ответила Юзу.
- И что?
- Что-что, не дождался. Просидел у нас почти три часа и ушёл, - Карин развернулась и пошла в свою комнату. - Мы ведь не знали где ты и когда вернёшься.

Идти в лагерь в такое время было бессмысленно. Ичиго решил подождать до утра, несмотря на то, что хотелось подорваться и бежать туда прямо сейчас. Джаггерджек приходил к нему. Он ждал, значит решил о чём-то поговорить. Но о чём? Неужели Ренджи всё-таки прав, и ему действительно нужно сделать первый шаг? Как бы хотелось в это верить.
Раздираемый сомнениями, измученный мыслями и догадками, Куросаки не смог заснуть до рассвета.
Для себя он решил, что просто обязан попытаться. Правильно сказал Абараи, из-за глупого упрямства и гордости можно потерять очень многое, самое дорогое, без чего вся жизнь окажется пустой и бессмысленной. Пусть Джаггерджек прогонит его, пусть снова выставит идиотом и обзовёт бесполезным никчёмным недоразумением. Он это переживёт. Переживёт и оставит свои безумные мечты приблизиться к неприступному капитану навсегда. Но показать, на что он готов ради этой призрачной возможности, необходимо. Быть может, это заставит Гриммджо по-другому посмотреть на него и даже принять.

Как только алый восход забрезжил вдали, озаряя утренний город, Ичиго начал собираться. Предстояло ещё поговорить с девочками и как-то объяснить причину своего ухода. Но он был уверен – сёстры обязательно поймут его и отпустят.

Стук копыт эхом отдавался от стен домов медленно пробуждающегося города. Ичиго всматривался в ещё полутёмные улицы, стараясь запечатлеть в памяти родную Каракуру. Когда он сможет сюда вернуться и сможет ли вообще, представить было невозможно. Сейчас он мысленно готовился к встрече с тем, кто единственный мог дать ответ на этот вопрос.

Выехав за городские ворота, Куросаки сразу же увидел Гриммджо, верхом на коне стоящего чуть поодаль от места сбора. Он неотрывно смотрел куда-то вдаль, не обращая внимания на окружающую суету.
Ичиго медленно подъехал к нему и, поравнявшись, также устремил свой взор в сторону обагрившегося поднимающимся солнцем леса. Довольно долго они простояли в полной тишине, не проронив ни слова, пока Джаггерджек всё-таки не заговорил первым.

- Хороший кузнец в Такаоке не окажется лишним, - Гриммджо даже не повернулся в его сторону, но Ичиго и так был на седьмом небе от счастья. Всего одна короткая фраза дала возможность понять всё и сразу. Ледяной капитан позволил ему идти рядом, и он сделает всё, чтобы оправдать оказанное доверие и никогда не дать повода пожалеть о принятом решении. Ну, по крайней мере, постарается.
- Надеюсь, я не растерял свои навыки, пока мотался без дела по полям и болотам, - чуть насмешливо отозвался Куросаки, стараясь скрыть радостную улыбку и унять взволнованный голос.
- В будущем я планирую обосноваться здесь, в Каракуре, так что тебе не придётся расставаться со своей семьёй навсегда. Только не смей домогаться до меня с глупыми расспросами, рыжая бестолочь! Как, что и когда, я пока сам не знаю. Время покажет.
- Не буду, - Ичиго немного опешил, такого он себе не мог представить даже в самых смелых мечтах. - Я тебе верю.

Не забудьте оставить свой отзыв: https://ficbook.net/readfic/932945


Поделиться с друзьями:

mylektsii.su - Мои Лекции - 2015-2024 год. (0.012 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал